– Палочка, которую вам удалось выманить у мальчишки?
– Хотя бы. Она побывала у тебя в руках, и отсюда ее совершенно необъяснимые свойства.
– Опасные для человечества?
– Вероятность этого исключать мы не вправе..
Нортон демонстративно перевел взгляд на телевизионный стереоландшафт. Почти у самого стола неслышно суетились передние ряды колонии пингвинов. «Первый раунд закончился с преимуществом Нортона», – мысленно прикинул Фрэнк.
– Я вижу, – сказал он, – ты не равнодушен к зрелищам на экране? Но не вижу, как это можно было бы совместить с дикой вспышкой твоего экраноненавистничества во Внеземелье...
– О чем речь? – спросил Нортон, не повернув головы.
– Хочешь сказать, что об этом ты не имеешь понятия.. Ладно. А о «черных следах» ты имеешь понятие?
– "Черные следы"? – Нортон искоса взглянул на Фрэнка. – Это что за диковина?
– Это такая диковина, которая... В общем, да, ты можешь отвертеться от любых улик. В том числе от поющей деревяшки. Но есть, по крайней мере, одно свидетельство твоей биологической неадекватности, от которого тебе не уйти, сам знаешь. Я имею в виду «черный след».
Обратив лицо в собеседнику, Нортон сурово спросил:
– Где ты видел «черные следы»?
– Я их не видел.
– Тогда о чем разговор?
– Все о том же.
– Тема нашего разговора исчерпана. – Нортон поднялся.
Фрэнк, продолжая сидеть, кивнул на заснеженный берег с пингвиньей компанией:
– Экран менять приходилось?
– Нет, – прошипел Нортон. – Не приходилось.
– А если пощупаешь этот берег руками – придется?..
В глазах Нортона – где-то в самых зрачках – застыло холодное пламя.
– Я доставлю тебе удовольствие, – тихо сказал он, – пощупаю этот берег руками. Но потом уходи.
Нортон вышел из-за стола я, погрузившись в толпу пингвинов по грудь, подступил к телевизионной стене вплотную. Халат, соскользнув у него с одного плеча, остался висеть на другом, и сквозь призрачно-трепетный слой розового с голубым ореолом свечения, порожденного потревоженным стереоэффектом, Фрэнк мог разглядеть левую половину мускулистого загорелого тела и пестрые плавки. Было слышно, как Нортон демонстративно похлопал но стене ладонью. «До чего же часто подводят людей излишняя самоуверенность», – подумал Фрэнк.
Оставляя за собой тающий шлейф розово-голубых ореолов, Нортон выплыл из зоны действия стереоэффекта. Натянул на плечи сползший халат, резко спросил:
– Ну и что?
Фрэнк молча смотрел на заснеженный берег, на белые купола антарктических гор.
– Я спрашиваю: что?
– Ничего, – вяло отозвался Фрэнк. – По-видимому, ошибка...
– Если вы приходите ко мне с ошибками, то я не слишком высокого мнения о работе вашей организации.
– Я тоже, правда, по другому поводу.
– Желаю тебе приятного времяпрепровождения. – Нортон вернулся за стол. – Говорят, Большое родео в этом году будет на редкость помпезным, не пропусти чего-нибудь интересного.
– Постараюсь.. Будь добр, запроси станцию техобслуживания. Прошел ли там подзарядку мой элекар?
– Запрашивай сам. – Нортон переключил клавиши.
С потолка бесшумно опустилась изогнутая штанга и повернулась конусным наконечником в сторону Фрэнка. По штанге соскользнула сверху коробка видеотектора. Фрэнк набрал индекс, и на экранчике появилась смуглая женщина с оранжевыми волосами и сильно накрашенными оранжевой помадой губами.
Блеснув белками глаз, женщина неожиданно произнесла густым баритоном:
– Справочный пункт. Слушаю вас.
– Добрый день, – сказал Фрэнк – Я оставил нам на подзарядку свой элекар.
– Пожалуйста, назовите номер машины, серию.
Фрэнк назвал.
– Даю диспетчера сектора подзарядки.
На экране возникла потная физиономия Лангера.
– Элекар модели «Юпитер»? – осведомился «диспетчер».
– Да.
– Великолепная у вас машина! – рявкнул Лангер. – Предлагаю обмен на «Кентавра». Соглашайтесь!
– Нет, – сказал Фрэнк и подумал: «Ну артист!..»
– Что ж, забирайте, готов ваш «Юпитер».
– Прошу прислать машину по адресу: Дубовая роща, первая линия, вилла «Эдвенчер»... Впрочем, этот маршрут есть в блоке памяти элекара. Нажмите пятый клавиш, я все дела.
– Пятый? Сделаем. Встречайте машину.
– Благодарю вас.
Откинувшись в кресле, Фрэнк наблюдал, как штанга втягивается в потолочный люк, я живо представлял себе, как действует в эту минуту Лангер. Вот он отправляет «Юпитер» на виллу. Вот связывается по видеотектору с операторским постом местного телетранслятора, и на экранчике появляется физиономия Кьюсака со следами неудачного визита к Йонге. Лангер коротко бросает напарнику: «Раздевай!..» Кьюсак едва уловимо кивает, подает команду диспетчеру телетранслятора убрать стереоэффект, и теперь в любое мгновение...
С телевизионной стеной что-то произошло. Фрэнк вскочил. Нортон тоже вскочил, халат слетел с плеч. Стереоизображение словно бы съежилось, утратило глубину, экран превратился в стеклянную плоскость, и на белом от снега антарктическом берегу точно в том месте, где Нортон хлопал ладонью, контрастно выступили угольно-черные отпечатки левой пятерни...
– Любопытно, – сказал Фрэнк, встретившись глазами с Нортоном. – Знаешь, я ведь впервые вижу «черные следы» в натуре.
