– Когда я приступаю?
– Ты восстановлен с завтрашнего дня. Прибудешь ко мне утром, – и, бросив взгляд на почти выпитую бутылку «Финляндии», пояснил, – как придёшь в чувство. Будешь приписан к Академии, присмотрись там к ребятам. Должны же быть там толковые парни.
– Я понял, – Архангельский сделал смачный глоток водки и развалился на диване.
На пороге Кривошеев остановился.
– Ты бы прибрался, что ли, Миш. Да, и завязывай с алкоголем, переходи на здоровое питание: овощи, фрукты. И больше света нужно, сплошной мрак.
– Это приказ? – бросил в ответ Архангельский.
– С завтрашнего дня руководство к действию.
– Слушаюсь, – не оборачиваясь, сказал Миша.
И Кривошеев вышел.
г. Москва, Здание 3–1 ФСБ России, несколькими месяцами позже
Константин Сергеевич Кривошеев развернул переданный Михаилом Архангельским конверт. Пара листов, исписанных мелким, но аккуратным и ровным почерком, содержали характеристику на слушателя Академии ФСБ России Сергея Разумовского.
