От стоящего в голове звенящего и переливающегося разными тональностями гула, а в глазах – ярких слепящих бликов, Разумовский с трудом различал даже собственные мысли.
– Серёга, я тебя предупреждал.
Из дома выбежал майор Архангельский, его лицо выражало смешанные чувства злости, непонимания и опасения.
– Что это было?
Разумовский слов майора всё равно не услышал, лишь ковырял пальцами в ушах и стучал ладошкой, словно только вылез из бассейна, из-за чего выглядел весьма глупо. Гаврилов слова проигнорировал, небрежно махнув рукой в сторону Сергея.
– Гаврилов! – голос Архангельского сделался строже. – Что произошло в тире?
– Товарищ майор, – лениво начал Гаврилов, – Разумовский во время занятия предложил спор: возможна ли стрельба из «Винтореза» без глушителя. И я выиграл.
Архангельский впервые в жизни не знал, как отреагировать: степень абсурдности данной ситуации была колоссальной. И он промолчал.
А Гаврилов Алексей прошёл на кухню…
