— Думаю, мама, что ты будешь разочарована, но матерью твоего внука станет та самая аппетитная рыжеволосая девица по имени Марина.
— Стриптизерша из ночного клуба?! — ахнула Вера Андреевна.
— Ой, как интересно! А можно мне попасть на стриптиз?! — воскликнул Максим, на мгновение перестав жевать.
— Я не думал, что так получится, — вздохнул Матвей.
— Да тебя поймали, как болвана! Теперь она бросит работу, не будет же твоя Марина беременная крутиться вокруг шеста?! На твою шею сядет стриптизерша в положении, на которой, я так понимаю, ты не хочешь жениться?!
— Это моя жизнь, — буркнул Матвей.
— И я всегда говорила, что ты ее загубишь.
— Что, по-твоему, я должен сделать, чтобы ты была счастлива и оставила меня в покое?
— Жениться на достойной женщине и наладить отношения с первой семьей моего мужа, чтобы моя совесть была чиста. Начни с этого очаровательного мальчика!
Мать Матвея все же осуществила свое намерение и улетела к своей подруге в Париж, оставив сына разбираться со своими проблемами и возиться с племянником, нежданно-негаданно вошедшим в их жизнь. Матвей показал ему Красную площадь, сводил в три театра, в два музея, в ночной клуб. Везде Максим проявлял детскую непосредственность, радовался жизни, как дитя, не забывая засматриваться на ноги девушек в коротких юбках.
«А парень-то точно озабоченный, — мелькнула мысль у Матвея, — еще бы, в двадцать лет — девственник».
— У вас в Ярославле все такие? — поинтересовался Матвей.
— Какие?
— Молодые и наглые.
— Какой же я наглый, я только хочу им стать… — надул пухлые губы племянник. — Вы обещали сводить меня на стриптиз, — напомнил он Матвею.
— Я обещал?!
— А что, тебе, дядя, можно встречаться со стриптизершей, а мне нет?
— Молокосос, нужны деньги, чтобы ходить в стриптиз-клубы. Ты их зарабатываешь?
— Я только учусь, — ответил Максим.
— Где? — спросил Матвей.
— Вернее, я хочу поступать… в этом или в следующем году, — покраснел Максим.
— Куда?
— В театральный какой-нибудь в Москве….
— Понятно. Обнаружил в себе актерские способности?
— Говорят, что я симпатичный…
— Что же ты до двадцати лет не смог никуда поступить?
— Я решал, куда…
— Все понятно, — помрачнел Матвей, — я в твоем возрасте уже заканчивал институт.
— Не забывайте, дядя, что я ваш племянник, — забеспокоился парень.
— Еще раз назовешь меня дядей, выпорю! Зови меня Матвеем! — взревел Матвей, которого все больше раздражал этот молодой парень, типичный трутень и оболтус. — Эх, неправильно тебя родители воспитали. Лучше бы они не о твоей девственности пеклись, а о твоем профессиональном развитии.
— Дядя Матвей, хочу в стриптиз-клуб, — заныл племянничек.
Матвей собрал всю свою волю в кулак и заскрипел зубами:
— Едем! Тем более что я должен встретиться со своей драгоценной Мариной, она же «Огненная леди».
Ночной клуб сиял огнями. Плакаты с полуобнаженными девицами призывно красовались на фасаде здания. Матвей кивнул мрачного вида охраннику и сунул ему в карман две зеленые купюры за себя и за Максима. Он всегда это делал, чтобы не покупать билет, и охранник приветствовал его с широкой улыбкой на лице, как постоянного клиента.
— Добрый вечер, Матвей Михайлович. Подождите, вы же знаете, что несовершеннолетним в наш клуб нельзя.
Матвей оглянулся на своего спутника и увидел тонюсенькую, длинную шею, светлые локоны и большие голубые глаза, горящие в предвкушении долгожданного зрелища.
«Ни дать ни взять, херувим, спустившийся на грешную землю, мать его», — подумал Матвей.
— Юра, ему двадцать лет, это мой племянник, просто он хорошо сохранился, — ответил он охраннику.
— Проходите, конечно, вы знаете, что я к вам хорошо отношусь. Да я и не хочу иметь неприятности с «Огненной леди», рыжая чертовка меня съест, если я вас не пропущу. Но поверьте моему опыту, Матвей Михайлович, я людей насквозь вижу, этому парню нет двадцати лет.
Матвей, играя желваками, пропустил вперед племянника, сам прошел за ним следом, шипя, словно змей:
— Сколько тебе лет? Попробуй соври, сразу домой в Ярославль отправлю.
— Через месяц будет восемнадцать, — опустил длинные ресницы Максим, — не сердитесь, дядя Матвей, я солгал не со зла, я просто хотел выглядеть солиднее.
— Значит, ты несовершеннолетний?! — покрылся пятнами Матвей. — Маленький лгун!
— Да я через месяц буду совершеннолетним!
— А сейчас что? Ты заставил меня принять участие в совращении несовершеннолетних!
Они вошли в просторный зал с интимным полутемным освещением. Большой зал ночного клуба был разделен на три зоны. В одной располагались столики ресторана, за которыми разместились шумные компании или влюбленные парочки. Вторая зона представляла собой большой танцпол с разноцветной подсветкой. Звучала музыка, люди танцевали, в основном молодые, отбрасывая причудливые тени на ярко-розовые стены. Третья зона была отведена для стриптиза, здесь находилась сцена, имелось много места для музыкантов, которые тут по четвергам играли джаз.
