По лагерям полностью

Голова была занята другим. Слова Финнигана свалились тяжким бременем, огромным клубком, распутать который не представлялось возможным.

Сам Финниган дал понять: прошлые жизни, миры, в коих побывала душа, не вспомнить. Лишь по крупицам собирать частички воспоминаний и прислушиваться к чутью – тому, что говорит душа.

Душа подсказывала пойти в хижину и улечься на боковую, хорошенько отдохнуть. Котелок с утра занять, а после, коли повезет, чего вспомнится. Ведь жил, и не помнил. Так следующий день получится прожить, да только закрались в голову мысли липкие. Смыть не получалось, растворить не выходило.

Мысли ставили мир вверх дном и грозили.

До меня только тогда стало доходить – получается я – не я вовсе. А-ва-тар! Вспомнилось слово. А еще вспомнилось – inventory. То, что всегда было. И еще какие-то слова. Я пытался не думать, но мысли выступали все отчетливее, подкидывая неразрешимые вопросы.

И мыслил я невообразимые доселе вещи.

Если нас создали здесь, как создали в других мирах, значит в любой момент могут обнулить, рассоздать. И где тогда окажется душа? Будет ли помнить этот мир?

И вообще, что с этими мирами происходит. Удаляют их, множат, кто их создает, а главное – для чего?

Какая в этом во всем необходимость?

Есть ли нужда в моем мире, в лагерях и куполе, в тварях и растениях, что окружают? А может так быть, что это шутка?

Смеется создатель, развлекается, интересно ему, во что это выльется. Да вот еще вопрос – могу я на что-то влиять, или предрешено?

***

Я бежал кратчайшим путём, который знал, дабы поскорее добраться до уютному хижины и спокойно отдохнуть. Перевести дух на подходе к новым странствиям, что непременно ждали, а ведь родное местечко греет душу, пусть в голове кавардак, волнение, сумятица.

Когда шел вдоль бревенчатого тына к южным воротам, настроение было уже приподнятое, радужное. Ожидание нового приключения придавало бытию торжественность, дарило возвышенные чувства, ведь я решил – надо вернуться на Поляну.

Удержавшись от случайных разговоров с разными смыслами, направился в хижину, да улегся отдыхать. Снаружи обыденно переговаривались, спорили. Ничего нового.

Больше всего хотелось узнать, откуда я возник. Мой первоисточник. Думалось, найди первоисточник – сразу на места все встанет. Только что конкретно должно было встать на места, котелок решительно не понимал, а вместе с ним и я…

Послышались знакомые напевы, к хижине приближался Бард. Куда ж без него?

…

В дороге ноги согрею,

Купил давеча пару прекрасных сапог!

К защите пару очков добавляют,

Непогода обувку мою не берет!

Гордо на носках сапог сверкают

Два в серебре отлитых, два грозных орла!

Не боюсь носками отбиваться,

От поганого супостата!

Серебро то, от кузницы нашей,

Что в городе Брене работу ведет:

Солдат снабжает,

Горожане с мечами не знают хлопот!

Выйду с города,

Достану меч:

Я вражеские головы

В сапогах от кузницы Брена

Готов сечь!

…

Дальше было не разобрать. Бард удалялся от хижины все дальше и резкие напевы растворялись в воздухе, не долетая, а потом и вовсе стали не слышны.

OutofTheBlue

Бард поутру делал очередной круг:

…

Я смотрю в окно,

Я пробыл здесь тысячу лет.

Я смотрю туда –

Там фонарей неясный свет.

Тает в холоде плавучем,

Сколько ни гляди,

Ответов нет в помине,

Сердце не береди.

Наливаю чай в стакан прозрачный,

В голове дремучие мосты.

Вечер уже мрачен, день истратился,

Никуда уж не пойти.

А хотел бы я на миг вдохнуть

Вкус вечерних елей;

На чуток услышать

Соловьев сквозные трели.

Я пробыл там немного,

Но вечность не порок.

Кто же там считает

Часы, что между строк?!

Не уйти мне в ночь,

Не уйти мне в сон.

Я в раздумьях сегодня

Глубоких погружен.

Я смотрю в окно,

Я пробыл здесь тысячу лет.

Я смотрю туда –

Там фонарей неясный свет.

…

Время было раннее, я еще успевал получить новую порцию супа от Олли.

Повар ждал в неизменно заляпанном фартуке, на голове синяя кепка, котел дымком исходит позади. Как не подойти?!

Strength +

Съев суп, и в ту же секунду почувствовав прилив сил, я решил отправиться в Лагерь у Болота, как и велел Финниган.