Слова Ани эхом отдались в его ушах. Коля не знал, откуда у нее закрались такие предположения. Вероятно, она заметила искры в его глазах во время матча со «Стальными Волками». Но она оказалась абсолютно права. Лед был для Литвинова вторым домом. Именно на катке он раскрепощался и выражал эмоции – настоящие, живые. Даже камеры, направленные журналистами в его сторону, не пугали и не заставляли закрываться, как случалось при репортерах отца. Странно, что сам Александр Юрьевич так и не заметил того, что разглядела Костенко. После затяжного безмолвия Литвинов все-таки ответил:
– Договорились. В 19:15 встречаемся у касс.
Аня улыбнулась и вернулась на трибуны за вещами. Собрав ноутбук, документы и ежедневник в шоппер, она поднялась по ступенькам и покинула ледовую площадку. Николай проводил ее взглядом, а затем перевел внимание на опустевший лед. «Снежные Барсы» уже успели покинуть площадку, а он и не заметил этого за разговором. Литвинов посмотрел в сторону, где был оставлен тренировочный инвентарь, однако и его на месте уже не оказалось. Видимо, кто-то из «Барсов» унес все в кладовую. Николай только пожал плечами: на одно задание меньше. Подобрав краги и шлем, оставленные на скамье, он направился к выходу.
Наступил вечер воскресенья. Багряный солнечный диск медленно скатывался за горизонт. Серо-синие полосы разрезали весь периметр неба. Легкий ветер проникал сквозь приоткрытое автомобильное окно, мягко обдувая кожу. Проспект застыл в вечерней пробке: вереница машин тянулась от водохранилища до центра города. В потоке этого трафика стали уловимыми звуки клаксонов, нетерпеливые водители не снимали ладони с гудков в надежде быстрее продвинуться вперед.
Николай откинулся на спинку водительского сиденья и уперся левым локтем в панель боковой дверцы. Потирая пальцами лоб, он вглядывался в машины перед собой. Обычно дорога до «Минск-Арены» занимала не более пятнадцати минут. И Коля был абсолютно уверен, что окажется возле ледовых касс раньше. Однако бесконечный поток автомобилей, создающий затор на проспекте, загубил его план заблаговременно приобрести билеты на вечерний сеанс. Литвинов бросил мимолетный взгляд на часы: стрелка на циферблате приближалась к семи. Недовольно цокнув, Николай осознал, что если сейчас пара машин не продвинутся вперед, позволив ему завернуть направо, то он точно опоздает. Будь у него номер Ани, он бы позвонил и предупредил о задержке. Однако телефонами они не обменялись.
Будучи не привыкшим к опозданиям, Литвинов сильно нервничал. Он немного приподнялся и просунул голову в приоткрытое окно, чтобы узнать, как далеко они продвинулись. Заметив, что сигнал светофора меняется на зеленый, Коля опустился на водительское сиденье и приготовился к движению. От «Минск-Арены» его отделял всего лишь один поворот. Нажав на газ, он плавно тронулся с места, и уже через пару минут ловко завернул к ледовой арене.
Времени у Литвинова оставалось не так много, поэтому он поспешно вышел из машины, захватив из багажника свои запасные коньки, и побежал к кассам. Там, в огромной толпе, переминалась с ноги на ногу Костенко, постоянно оглядываясь по сторонам. Выглядела она немного рассеянной и огорченной, будто и вправду посмела подумать, что Литвинов не придет. Когда до сеанса осталась пара минут, Аня стукнула кулаком по бедру и что-то прошептала себе под нос. Николай, подошедший к ней со спины, не услышал, что именно она сказала. Однако догадаться было несложно: по всей вероятности, Костенко бранила его за то, что он подвел ее. Аня развернулась было, собираясь уйти, но ощутила пальцы Коли на своем запястье.
– Прости. Сегодня все почему-то решили, что выехать из дома – замечательная идея, – выпалил Литвинов.
– А я уже начала думать, что ты не такой уж и правильный, – сглотнув, ответила Костенко.
Литвинов ничего не сказал. Он отпустил ее запястье и направился к кассе, чтобы приобрести два билета на уже начавшийся сеанс массового катания. Николай заметил, что в руках у Ани ничего нет. Значит, необходимо взять напрокат коньки. Подозвав ее пальцем к себе, он уточнил размер ее ноги и, получив ответ, приобрел два билета с прокатом одной пары коньков. Костенко отправилась за коньками, а Литвинов остался ждать ее у входа на лед. Когда Аня вернулась, Коля отдал билеты контролеру. Молодой парень поочередно смерил их взглядом, а затем жестом указал, что они могут проходить.
