Он присел на корточки рядом с Ричардом. Повисла такая тишина, что было слышно, как в гостиной тикают старинные часы.
– Почему так вышло? – слабым голосом спросил О’Доннелл.
Картер с минуту подбирал нужные слова. Ответ он знал, интуитивно чувствовал с самого раннего детства. Горькая правда определила его жизненный выбор, руководила поступками, не давала покоя, даже когда Дэнни начал новую жизнь, преследовала в кошмарах, заставляла оглядываться по сторонам.
– Тебе есть что терять. Ты рожден в безбедной жизни и можешь достичь всего. Мы с Эваном росли иначе… – Дэнни пожал плечами. – Так вышло потому, что ты живешь лучше других. Некоторым людям других причин не нужно.
– Например, тебе, – безжизненно выдохнул Ричард.
– Когда-то было именно так, – вздохнул Дэнни и вспомнил зоопарк. Положив голову на колени Карен, он смотрел на ее счастливое лицо; они говорили о детях, Дэнни представлял себя отцом, и сердце сладко сжималось. – Сейчас мне хочется заработать право на счастье.
После долгого молчания Ричард измученно обернулся:
– Что будет?
«Не знаю. Честное слово, не знаю!» – подумал Дэнни, хотя вслух уверенно произнес:
– Мы вернем твоего сына.
– Как?
В самом деле, как? Ричард, разумеется, готов бороться за Томми, но в драке на него рассчитывать не стоит. Дэнни не исполнилось и десяти, а он уже побывал в десятке серьезных потасовок. Тем не менее против Эвана у него не было никаких шансов. Макганн – закаленный тюрьмой убийца, победитель «Золотых перчаток», озлобленный длительным пребыванием в тюрьме строгого режима.
Эван силен, быстр и безжалостен. Он вооружен. Он ждет.
Стоп!
Не совсем так…
Чуть усмехнувшись, Дэнни повернулся к боссу:
– Одно преимущество у нас все-таки есть.
– Какое?
– Эван не знает, что с тобой приду я.
Ричард неуверенно улыбнулся.
Ричард ушел переодеваться. В прихожей стояла обычная спортивная сумка: черный нейлон, серебристые молнии, мягкие ручки.
Дэнни взвесил сумку на руке: килограммов пятнадцать, не меньше. Прочная застежка-молния работала мягко, бесшумно – как и все вещи Ричарда, сумка была отличного качества. Картер открыл ее не из любопытства. Он испытывал странное отсутствие благоговейного трепета перед содержимым. В прошлом подобное зрелище могло свести его с ума: он бы лихорадочно строил планы, как скрыться с бесценным грузом, как им распорядиться.
Теперь аккуратно перевязанные пачки, все эти джексоны, гранты и франклины вызывали только легкую тошноту. Пачки зеленой бумаги! В этих пачках – источник всех споров, всех философских рассуждений. В них – ответ на вопрос Ричарда. От них зависят жизнь близких, благополучие подчиненных, действия врагов. Позаимствовав весы у Фемиды, Судьба налила на одну чашу кровь, на другую насыпала грязные бумажки.
Дэнни вспомнил Карен, ванильный запах ее кожи, блестящие глаза, изящный изгиб бедер… Он застегнул молнию и отступил от мрачной тяжести сумки.
На лестнице послышались шаги Ричарда, по совету Дэнни переодевшегося в свободную темную одежду – джинсы и старую толстовку.
– Черных кроссовок нет? – спросил Картер.
Светоотражающую галочку на белых «Найки» было видно даже в полумраке прихожей.
– Только эти, – покачал головой О’Доннелл.
– Ладно…
В дверь позвонили. «Жизнь или кошелек!» – раздались звонкие детские голоса. Дэнни и Ричард переглянулись. В дверь позвонили еще раз и двинулись дальше.
– Оружие брать? – Странно было слышать этот вопрос от Ричарда.
На кухонном столе красовался набор дорогих ножей. Дэнни вытащил поварской нож, взвесил на ладони. Немецкая сталь, тяжелый, идеально сбалансированный… Для разделки мяса в самый раз. Он представил, как вонзает нож в Эвана, горячая густая кровь заливает руки…
Картер решительно положил нож на место.
– Он будет только мешать.
Ричард хотел возразить, но передумал.
– Который час?
– Пора.
В гараже на Дэнни нахлынуло чувство вины – совсем недавно Эван принес сюда безжизненное тело Томми… Швырнув сумку с деньгами на заднее сиденье «рейнджровера», Ричард сел за руль. Картер устроился рядом, чувствуя, как к сердцу тянутся первые щупальца страха.
Надо успокоиться. Осталось еще сорок минут. Нет смысла приезжать на место операции, дрожа от избытка адреналина.
Окрестные улицы озаряли теплый свет окон и мечущиеся лучи карманных фонарей. Дети бегали от крыльца к крыльцу, их развевающиеся накидки и яркие пластиковые маски придавали осеннему вечеру оттенок нереальности. Нервно хрустя суставами, Дэнни сжимал и разжимал кулаки.
– Давай еще раз повторим план.
– Я высажу тебя за пару кварталов до стройки, – заученно начал О’Доннелл. – Где-нибудь пережду, а к девяти приеду на Пайк-стрит. Сделаю все, что скажет Эван. Ты проберешься на стройку, разыщешь Томми и Карен.
Дэнни кивнул.
– Ты только Карен не упоминай, иначе Эван догадается, что я где-то рядом.
– Понял. Ты освободишь их, отправишь подальше от стройки. Я потяну время, чтобы ты незаметно подкрался сзади.
– Приступаем.
