— Нам нужно остановиться… — прошептал Марсов, а рингтон его телефона окончательно разрушил романтический флер момента. Приняв звонок, Миша нахмурился. — Да. Еду. Ничего не предпринимайте, пока я в пути. Скажите, что ждете адвоката.
Пешеходы, улица… шум города обрушился на сознание какофонией звуков. Рядом с боссом я теряла представление о реальности.
Он уже уехал, а я все еще стояла у парадного, улыбаясь, как дурочка. Зеркало в лифте отразило меня с сияющими глазами и слегка припухшими губами.
— Гм… — мама открыла дверь и одним быстрым взглядом оценила обстановку. — Рада за тебя, Никуся. Хорошо, когда муки выбора не терзают душу.
Не терзают, все позади. Родители развили кипучую деятельность: мама решила испечь пироги, папа с Ромкой занимались огромным конструктором, а я устроилась на широком подоконнике и открыла ноут. Работа сама себя не исполнит.
Казалось, что этот день исчерпал лимит на сюрпризы, но нет…
— Ника, — голос Лизы Серковской, раздавшийся в телефоне, казался не просто грустным, а убитым, перемешанным с пеплом страданий и горькими слезами. — Ника, мы можем сегодня встретиться?
Я отложила работу и посмотрела на часы. Начало седьмого.
— Да, конечно.
— Только… — царевна тихо всхлипнула. — Давай не в ресторане, а в каком — то тихом местечке? Не могу находиться в толпе.
— Я скину локацию. Это тихое кафе, где совсем мало посетителей, — отыскать на карте нужное место — дело нескольких секунд. Телефон тренькнул, сообщение улетело.
— Хорошо. Мне ехать пятнадцать минут, — оценив маршрут, отозвалась Лиза.
— Мне примерно столько же. Я выхожу.
— Я тоже. До встречи и… спасибо тебе, подруга.
На последнем слове Серковскую пробило на слезы. Завершив звонок, я вскочила с подоконника и подошла к зеркалу. Махнула пару раз расческой по волосам, подхватила их в высокий хвост, схватила сумочку.
— Я отлучусь ненадолго.
— Ты куда, Никуся? А как же ужин? У меня почти все готово, — мама с тарелкой в руках выглянула из гостиной, а папа окинул меня быстрым взглядом и молча кивнул.
— С подругой нужно встретиться. Это недалеко, так что много времени не займет.
— Ма, а ты опять на машине поедешь? — встрял Ромка. — С водителем?
— Да. Не скучайте и не волнуйтесь. Скоро вернусь.
Евгений, которому я позвонила из лифта, уже подогнал машину к подъезду. Интересно, что могло случится у Лизы? Почему она плачет? Оказавшись в салоне, я выдохнула и расслабилась. Что толку гадать? Скоро все узнаю.
В кафе я приехала первой. Люблю это заведение. Без позолоты и пафоса, оно камерное и уютное, располагающее к разговорам по душам. Небольшой зал на первом этаже, чуть просторнее — на втором. Кивнула знакомой официантке, заняла место за дальним столиком и приготовилась ждать, но буквально в тот же момент дверь кафе распахнулась. Сначала вошел мужчина, следом — Серковская. Телохранитель осмотрел зал цепким взглядом, кивнул и вышел на улицу.
— Ника, — Лиза сняла солнечные очки, и мои подозрения подтвердились. Она плакала. Много и долго. — Спасибо, что пришла. Мне так плохо, но я не могу ни с кем поговорить…
Тонкие пальцы нервно мяли салфетку, а худенькие плечи едва заметно подрагивали от напряжения. Ух, как же ее скрутило стрессом. Что могло произойти? Я молчала, давая царевне возможность собраться с духом и начать разговор. Официантка принесла кофе и десерты, и мы остались одни. Глубоко вдохнув, Лиза достала телефон из сумочки.
— Помнишь, я говорила, что у нас с Киром скоро свадьба?
Да, я прекрасно помнила слова Серковской, а на вечере в галерее лишний раз убедилась, как нежно и трепетно относится к будущей жене Кирилл Арбатов.
— Да, конечно, помню.
— Ее не будет, Ника, — Лиза смотрела в сторону, скрывая слезы, текущие по щекам. — Ничего не будет…
Ничего не понимаю… Что происходит? Почему Серковская не договаривает? Сама просила о встрече, а сейчас… Словно услышав мои мысли, она решительно разблокировала телефон и протянула его мне.
— Это ужасно… стыдно, но сама смотри… Можешь листать.
Да уж… Фото были более чем откровенные. Кир и блондинка в разных позах, но каждая фотография кричала о том, что это — не дружеские посиделки, а секс. Отвязный, жаркий, без запретов и ограничений. И это было странно. Очень. Поведение Арбатова на вечере, его взгляды, жесты, нежность по отношению к Серковской… неужели все это было лишь игрой на публику? Но зачем? Хотя, в высшем свете иметь одновременно жену и любовницу — а то и несколько — было нормой. Желтая пресса то и дело подкидывала жареные истории подобных браков.
Я на мгновение представила, что на мой телефон пришли подобные фото с участием Марса и вздрогнула. Гадость какая!
— Ника, — прошептала Лиза. — За что он так со мной? Я же его люблю… Любила…
— Ты показала это Киру?
— Нет, что ты! — в голосе подруги гнев смешивался с обидой и возмущением. — Я не собираюсь унижаться, ждать объяснений и верить в то, что он начнет придумывать. Наверняка скажет, что это не то, что я подумала…