Был такой в структуре. Поддерживал радиосвязь с нашей агентурой, заброшенной по линии военной контрразведки. Как позже узнал Андрей, таких было двенадцать. В радиоотделе мастера своего дела.
– Парни, помогайте. Радиолампа нужна.
– Какая?
Ответил уже Андрей.
– Немецкая, пять штырьков, зелёная метка.
– А, пентод RV2P 800. Сейчас.
Порылся в закромах и протянул Андрею.
– Такая?
– Наверное. Я сам в глаза не видел. Фигурант ищет.
– Хватай своего фигуранта. Это пентод для рации.
– Точно?
Техник даже обиделся:
– Немцы такие с тридцать восьмого года применяют, на всех рациях стоят.
Виктор и Андрей переглянулись. Похоже – выходили они на агента, может быть – радиста. В любом случае удача.
– Можно забрать?
– Бери. С трофейной разбитой снял.
Техник обернул радиолампу тряпицей, протянул Андрею. Вышли, остановились на пороге.
– Что делать будем?
– Пока рация без лампы, никакие донесения передавать не сможет. Надо арестовывать фигуранта с лампой, на горячем. Ты идёшь к Ветрову, отдаёшь лампу. А я к начальству. Надо организовать захват. Есть у нас пара крепких ребят, повяжут любого, причём голыми руками.
Интересно Андрею стало посмотреть. Устал за день, а надо снова к Ветрову идти, на конец города.
– Виктор, когда у нас транспорт будет? А то всё на своих двоих.
– А ты в технике разбираешься?
– Я же подводник, для меня мотор как для тебя книга.
– А что молчал? Есть у нас мотоцикл, правда, без коляски. Что-то не заводится, а рукастых исправить нет.
– Если исправлю – отдашь?
– Лучше тебе для дела, чем выкинуть. Всё равно за отделом не числится, трофей. Владей. Он в гараже отдела стоит.
В отделе было четыре машины – ГАЗ-67Б для начальства, две полуторки ГАЗ-АА для выездов оперативного состава и трёхтонка ЗИС-5, прозываемый среди солдат уважительно – «Захар». Она для мероприятий массовых – подвезти солдат к месту прочёсывания лесных массивов, перевозки арестованных в трибунал. Транспорта для разъездов оперативников по служебным делам не хватало. К сожалению, управлять машиной или мотоциклом умели далеко не все. До войны и велосипед в семье был роскошью. А уж личные автомобили имели люди заслуженные – учёные, легендарные лётчики, шахтёры, добившиеся небывалых выработок угля, как Стаханов. В годы войны, особенно с массовыми поставками автомашин, колёсных бронетранспортёров, мотоциклов, ситуация стала выправляться. Понемногу пехота становилась мобильной, с тяги конной, скажем в артиллерии, переходили на моторизованную. Сразу повысилась скорость переброски войск. Солдаты не выматывались на марше, как в сорок первом. Тогда после перехода в тридцать – сорок километров, да с полным вооружением, да занимали отведённые позиции. А позиции те ещё оборудовать надо было – вырыть окопы, пулемётные гнёзда, траншеи.
Пробежал Андрей до Ветрова, вручил ему радиолампу, сказал, что фигуранту говорить надо. Если спросит, где взял – снял с разбитой рации подбитого бронетранспортёра.
– Обязательно сигнал подай! – напомнил Андрей.
Напоминание оказалось не лишним. Утром недалеко от рынка в крытой машине расположились «силовики», как назвал их Никифоров. Офицеры эти раньше занимались спортом. Андрей расположился, как и в прошлый раз, за киоском газетным. Виктор, как руководитель и координатор операции, немного поодаль, на террасе столовой. День прошёл в ожидании, увы – безрезультатном. Зато на второй день, прямо с утра, заявился фигурант.
– Лампа твоя дефектная, – заявил он.
– Другую дам.
И Ветров достал из чемоданчика с радиодеталями лампу, полученную от техника радиоотдела. Мужчина, как увидел лампу, выхватил её из рук продавца и направился к выходу. Выходов было три. Ветров сигнал кепкой подал с опозданием, но Андрей и сам видел – фигурант собственной персоной. Дал знак Виктору, показал на колченогого. Виктор кивнул, взмахом ладони подозвал:
– Ты иди за хромым, а я к машине. Говоришь – Полевая, семьдесят четыре?
– Так точно.
– Повяжем! – уверенно сказал Никифоров.
Хромой никуда не заходил, целенаправленно шёл домой и сегодня не проверялся. Андрею интересно стало – куда и зачем торопится? На сеанс радиосвязи? Фигурант сам радист или он агент и радист другое лицо? Фигурант повернул в переулок, за ним Андрей. На улице стояла полуторка. Видимо, за фигурантом наблюдали через прореху в брезенте. Стоило хромому поравняться с машиной, как из кузова выскочили силовики, стремительно, как чёрт из табакерки. Агент ничего понять не успел, как ему заломили назад руки и связали, а в рот заткнули кляп. Тут же обыскали карманы, забрали радиолампу, как вещественное доказательство, и агента, не церемонясь, забросили в кузов. Немногочисленные прохожие ничего не сообразили – ни криков не было, ни драки. Шёл человек по тротуару и пропал. Из кабины выбрался Виктор.
– Андрей, в машину!
