Попрощавшись с крепостью, хотя домом ее Березкины все-таки не ощущали, семья собралась на галерее одной из башен, чтобы взглянуть на этот мир в последний раз. Все так же бились о камни волны неизвестного моря, все также отсутствовала любая живность вокруг, все также заливало все вокруг красным светом закатное солнце.
— Папа, — обратилась к Александру Гермиона. — А можно в новом мире нас будут звать иначе?
— Почему, доченька? — не сразу понял отец семейства.
— Ну там же книжка есть про Гермиону Грейнджер и Гарри Поттера, — объяснила кудрявая девочка. — Над нами смеяться будут…
— Думаю, можно будет, — улыбнулся Саша, погладив обоих легендарных детей.
Зная, что проснутся они совсем в другом мире, укладывались спать дети очень интересно — девочки натянули на себя по два платья, а Гарри просто сменную одежду запихнул за пазуху. В связи с этим засыпали, конечно, нелегко, но усталость взяла свое, несмотря на очень нервное состояние, и глаза закрылись, чтобы показать все тот же залитый светом класс.
— Ну, дети, кому будем сниться? — весело поинтересовалась Майя. — Хотите, Дамблдору?
— Ой, фу, не-е-ет! — Гермиона не знала, о чем говорить с Великим Светлым, она просто хотела выцарапать глаза человеку, уничтожившему ее детство.
— Предлагайте, — хмыкнула женщина, с интересом глядя на скривившуюся кудрявую девочку,
— А давайте основателям? — поинтересовался Гарри. — Заодно узнаем, почему они такие… ммм… нехорошие.
Всего от жизни ожидала Ровена Рейвенкло, кроме такого сна. Ей вдруг приснились Годрик, Салли и Хельга, но как будто этого было мало, напротив основателей стоял очень высокий мужчина — на голову выше Годрика, рядом с ним такая же высокая женщина и трое подростков, выглядевших детьми. Ровена с интересом изучила собравшихся.
— Кто вы такие? — поинтересовалась женщина, серьезно раздумывая о наложении пыточного.
— Мы Березкины, — произнесла одна из девочек, одетая в платье, более подходившее герцогине. — Это нас вы хотели пытать, кстати, ваша магия здесь не работает.
— Такого не может быть! — вскричала Ровена, накладывая пыточное, но в следующее мгновение поняла, что магию не чувствует совершенно. Это был огромный шок, сразу же выбивший почву из-под ее ног. — Чего вы хотите? — обреченно спросила она, пока остальные Основатели прислушивались к разговору.
— Вот, Гарри, — произнесла очень кудрявая девочка. — Это и есть наши Основатели, не на гравюрах… Нравятся?
— Да как тебе сказать, — проговорил мальчик, с сомнением глядя на мужчин и женщин. — Ровена Райвенкло, святыня умников, сразу же хотела схватить и пытать принесших ей информацию, даже не подумав о силе оных. Салазар Слизерин… тут все ясно, — мальчик вздохнул. — Годрик Гриффиндор, слабоумие и отвага…
— Не любишь ты наш факультет, — заметила улыбающаяся Гермиона.
— Было бы за что любить — вшестером в одной комнате, — вздохнул мальчик. И, наконец, барсуки… Единственные, кто держатся все вместе, вот только на всех остальных им наплевать. Знаешь, пусть живут…
— Мальчишка! Я вызываю тебя! — заорал Годрик, попытавшись кинуться.
— Угу, голыми пятками на шашку, — пробормотал Александр и сделал движение кистью, показывая способность Годрика чуть ли не кусать себя за задницу. — Думать не пробовал?
— Ему нечем, папа, судя по нашему факультету, — грустно произнес Гарри. — Пусть живут, как хотят, они все равно ничему не научатся.
— Кто ты, мальчик? Откуда ты? — тихо спросила многое понявшая Хельга.
— Я тот, чьих родителей убил наследник этого змееныша, — он показал на Слизерина. — Через почти тысячу лет меня примет факультет вот этого вот, — палец указал на Годрика. — И мы будем изучать, как Салазар поссорился с Годриком на тему рожденных простецами.
— Ты пришел за местью? — понимающим тоном поинтересовался Салазар, но…
— Да пошел ты, — устало проговорил мальчик, махнув рукой. — Мы могли бы многое рассказать, возможно, уберечь от ошибок, но вы решили напасть, так и…
— Через полторы сотни лет начнется время Инквизиции, — заговорила девочка. — Юных магов будут жечь на кострах, маги испугаются и спрячутся. И будут прятаться тысячу лет.
— Но этого не может быть… — Годрик выглядел совершенно ошарашенным. — Ты врешь!
— Полторы сотни лет, — повторила девочка, после чего назвавшиеся Березкиными исчезли, заставив Основателей задуматься. Ровена не верила во всякие пророчества, не верил и Годрик, зато Хельга поверила, приняв меры. Потом она с помощью кулака и верной секиры заставила поверить и всех остальных. Изменило ли это хоть что-нибудь…
***
Гермиона чувствовала, что лежит на чем-то твердом. Ее глаза открылись, и тихий взвизг разбудил остальных Березкиных. Они лежали на лесной поляне. Лесной — потому что вокруг шумел лес, пели какие-то птицы, слышался то ли треск, то ли еще что-то и над всем этим виднелось солнце. Резко поднявшийся товарищ майор помог проделать то же самое и любимой супруге, а Гарри попробовал сотворить Темпус.
— Размечтался, — сообщила ему Аленка. — Теперь это сказка, — она подумала и добавила. — Детская. Вставай давай.
