Просить отменить такую жестокую «милость» маг не посмел, и возвращаться в Коннахт ему было страшно: король бы казнил его за то, на что обрёк он его непутевых сыновей. Говорят, что Бригита разрешила тому магу жить подле неё и сделала его жизнь долгой. Королю же было отправлено послание с одним из во́ронов. Он бросил его и сразу улетел, так как больно было принцу-во́рону смотреть и на замок, и на отца.
Король погоревал над новостями и исполнил совет богини. У него снова родились трое сыновей, но теперь уже совсем другие по характеру.
Когда Кромахи состарился, Бригита взяла его жить в свой замок. Увидел он там тех трёх во́ронов и опечалился. Зол он был тогда и страшно наказал принцев. Попросил он Бригиту вернуть трём во́ронам человеческий вид, но уже было поздно. Они много лет жили, как птицы, и стали птицами по своей сути, так что отменять уже было нечего.
Умер маг, умер Кромахи. Боги и богини ушли из этого мира, но замок Бригиты до сих пор стоит совершенно невредим, и по сей день живут там три во́рона, хоть и нет там уже Бригиты, но они продолжают служить его новым владельцам, потомкам Кромахи.
— Интересная история, — задумчиво произнёс Фред. — Представляю, чем можно поживиться в таком месте, даже если хоть часть этого правда.
— Приходите сюда каждый день, — сказал близнецам Альбус. — Как только Тонкс достанет порт-ключи, мы отправимся туда!
Дамблдор рассказал Уизли интересную легенду, но о том, что ему на самом деле нужно в Трёх воронах, конечно, умолчал.
***
Когда Гарри и сестры Норвич де Гастингс вернулись из Йорка, в замке их уже ждал Кевин Стефенсон, который уезжал на неделю в Индию, в Мегхалае, где на холмах Гаро снова был замечен монстр-людоед Аджаджу, плотоядное чудовище с негнущимися ногами и двенадцатью длинными языками, терроризирующее местные поселения.
Вскоре прибыли лорды Принц и Бёрк. Все вместе за ужином они расспрашивали Кевина о подробностях. Он был приглашён в Индию вместе с ещё двумя европейскими охотниками, так как для поимки этого монстра требовалась большая команда.
— Это странное и жуткое существо, — рассказывал Стефенсон. — У него голова хамелеона, руки и тело обезьяны, а ноги похожи на бамбуковые палки — длинные, прямые, жёсткие и тонкие. Эти ноги не могут сгибаться, потому что у них попросту нет коленей. Можно было бы предположить, что с такими ногами ему невозможно убежать, но это не так.
— Очень любопытно, и как же этот аджаджу решает проблему с ногами? —
608/690
уточнил Дуэйн.
— Это чудовище почти не выходит на открытую местность, оно живет на склонах, заросших непроходимыми джунглями. Подобно обезьяне, он очень быстро перебрасывает себя с ветки на ветку, при этом пронзительно крича: «Ва-о, ва-о!» Так он заманивает своих жертв. У аджаджу двенадцать длинных раздвоённых языков, которые свисают из его пасти, как верёвки. Как только эти языки соприкоснутся с кожей жертвы, её плоть начинает разжижаться. Языки сжимают наполовину растаявшее тело и втягивают его в рот аджаджу.
— Кевин, мерзость какая! Мы же за столом, — укоризненно произнесла Одра.
— Это я ещё, считайте, совсем без подробностей рассказал, — хмыкнул охотник, который ловко орудовал ножом и вилкой, поедая традиционный английский ростбиф. — Мы раскинули среди деревьев огромную магическую сеть, для поддержки которой и потребовалось много магов, и заманили людоеда в неё. У вас какие новости? Надеюсь, вы без меня ещё не охотились на Матэмхэйна?
— Ждали вас, — кивнул Гарри. Он действительно обсуждал с Северусом и Дуэйном план по похищению мистера Матэмхэйна. Они решили, что помощь Кевина, который уже там был, будет очень ценной. — Мы планируем заманить его в Килбриттайн. Из Бларни это будет сделать сложнее.
После ужина Бёрк отвел охотника подальше от дам, чтобы услышать те подробности охоты на аджаджу, которые тот не озвучил. Воспользовавшись этим, юный лорд Блэк-Поттер обратился к лорду Принцу со своей проблемой.
— Можно ли установить отцовство, пока ребенок не родился? — Гарри задал вопрос очень тихо, но Северус его прекрасно расслышал. Его взволнованный взгляд метнулся к Кэтрин, а потом вернулся к юноше.
— Нет, это совсем не то. Помните письмо, что я получил от Грейнджер? Она беременна и утверждает, что я его отец.
— Вы никак не могли заделать ребенка этой настырной гриффиндорке. Когда я вас не так давно лечил, то проводил разные диагностики. Они показывают множество данных, в том числе, я, к своему удивлению, — бровь Северуса поднялась, но его глаза смеялись, — узнал, что вы всё ещё девственник. Вы не можете быть отцом этого ребенка, если только не фонтанировали своей семенной жидкостью в присутствии этой ведьмы, давая ей возможность поживиться ей для ритуального зачатия. Если она сделала это без вашего согласия, то это серьёзное преступление, именуемое «кража линии». Будь это ваш ребёнок, вы легко отсудите его в Визенгамоте, а эта предприимчивая мисс получит срок в Азкабане.
— А почему «кража линии»?
