Перебои жизненного соло лечатся испытанным плацебо: 28 капель корвалола и дождём сочащееся небо… Памяти незримая петарда россыпью колючих многоточий выстрелит в районе миокарда и отпустит на исходе ночи… Сочиненье стихов… Зачем? И на кой совершенство слога? — недоказанных теорем остаётся не так уж много. Слишком хожена эта гать и протоптаны эти стёжки… Унизительно — подбирать со столов опустевших крошки. Мне б исчезнуть в мельканьe лиц, в шевеленьe житейской пены, но невидимый миру шприц мне стихи загоняет в вены…Ночью всё так выпукло и чётко делится на дебет и на кредит; только сердце, шалая подлодка, глубиной непознанною бредит… Стая истин, спаянная в узел, ставшая докучливою ношей, острыми рапирами иллюзий тычется в предсердья и подвздошье… Сочиненье стихов… К чему? Что изменится в мире этом? — всё из света уйдёт во тьму, чтобы вновь обернуться светом. И за краткий житейский миг, напоённый мечтой о чуде, я не стану скопленьем книг, что до дыр зачитают люди…Ночью так враждуется с собою! И от изголовья до изножья время захудалою арбою тянется по мраку бездорожья. Нет стихов, шрапнельных многоточий; только холод стен да холод пола. Всё, что я хочу от этой ночи —28 капель корвалола…<p>последнее танго</p>а небо всё ниже и ниже и сердце не держит нагрузкипоследнее танго в париже последняя сальса в бобруйскеосталась зола от угара остались никчёмные спорытелята гоняют макара куда-то в кудыкины горыисчёркано белое в сажу и грустно до боли в затылкекатиться навстречу пейзажу на жёсткой плацкартной подстилкесушить нерастраченный порох лелеять размякшее эгои с теми дружить у которых зимой не допросишься снегамы учим китайский и джаву пытаясь приблизить кормиломитяев сменил окуджаву а всё остальное как былои время сомнений и страха нам чуждо от мига до мигакак чуждо индейцу навахо монголо-татарское игоне надо слюнявых истерик и ядов доверенных тумбамзакрытие старых америк оставим циничным колумбама сами измерим победы своим невеликим аршиноми снова под тёплые пледы в привычной компании с джиномнапишем фривольные стансы глотнем горьковатой микстурыи к черту амбальные танцы в обшарпанном доме культурыдавай избежим послесловий станцуем с надеждою в парепоследний фламенко в тамбове последнюю румбу в дакаре<p>Философ</p>
