— Мастер Сараллон должен участвовать в турнире, но у него нет ни доспех, ни оружия. — Мариа отпила чая. Он был достаточно крепким и бодрящим.
— Хм, должен? — Элифер посмотрела на гостью. — И сколько он готов платить?
Мариа пожала плечами и поставила чашку на стол.
— У него нет денег.
Мариа в глубине души ожидала какой-нибудь усмешки кузнеца и Элифер оправдала её ожидания, она громко рассмеялась, так, что огоньки свечей задрожали.
— На что же вы надеетесь?
Мариа снова пожала плечами и опустила голову. Ей хотелось заплакать и комок подкатил к горлу, но вдруг Элифер замолчала, разглядывая гостью и сказала:
— Знаешь, на днях сон у меня был: Старик приснился, маленький такой, в балахоне, с бородкой такой реденькой. Сидит он значит в какой-то пещере, костёр перед ним пылает, большой, а напротив его, за костром, я стаю, в руке меч гнутый, зазубренный весь, будто не отделан вовсе и говорит старик: " Если хочешь мастерство Джорга познать, осыпь златом того, кто в тебе нуждается". На меня смотрит, а глаза белые, белые…Я вздрогнула от взгляда и проснулась.
— А кто такой Джорга? — Спросила Мариа, узнав описанного Элифер старика и поверив в значимость этого сна.
— Ты что? — Удивилась Элифер. — Джорга- великий мастер кузнечного дела. Он… он- волшебник. — Кузнец не находила слов для восхищения. — Он сотворил Акинак.
Мариа замерла, большими глазами смотрев на Элифер.
— Акинак?
— Да. — Продолжала говорить Элифер. — Магический меч, способный остановить любую магию.
Мариа оживилась, её глазки заблестели.
— А вы можете сотворить Акинак?
— Ты что? Нет конечно. Джорга унёс в могилу тайну мастерства и никто не в силах её разгадать, а Акинак вообще мало кто видел.
Гостья расстроилась, она опустила взор и насупилась.
— А как же слова Илирона?
Элифер насторожилась, Мариа тоже напряглась, осознав свою ошибку. Они обе посмотрели в глаза друг другу и кузнец тихо, словно боясь спугнуть собеседницу, спросила:
— Кого?
Дальше скрывать Мариа было бесполезно и она аккуратно, чтоб не сболтнуть ещё чего лишнего сказала:
— Я тоже знаю немного эту историю. По описанию маленький старик- Илирон- маг спрятавший Акинак. — Элифер не моргая, смотрела на свечи, будто искала в пламени свечи ответ и еле шевеля губами произнесла:
— Огонь всемогущий… "Осыпь златом того, кто в тебе нуждается"…Так я и думала, это вы!? Вы во мне нуждаетесь! — Кузнец встала, нервно покусывая губы, прошлась по комнате, а потом резко схватила Мариа за плечи и подняла её. Сколько силы было в её руках! Гостья даже не поняла ничего, как оказалась на ногах. Элифер уже стояла в дверях.
— Пойдём к этому мастеру… Как его?
— Сараллону. — Подсказала Мариа.
— Да к нему. Нам надо серьёзно поговорить.
Дик шёл очень быстро, почти бежал в темноте, которая успела накрыть деревню. Он не мог простить себя за такую ошибку, за грубое общение с мастером. Стыд за своё поведение поглотил его. Пусть он нуждался в кузнеце, но к этой девушке- кузнецу он ни шагу. Ентри выкрикивая имя Сараллона, бежал, догоняя его. Дику не очень хотелось с кем-то разговаривать, он хотел убежать, спрятаться где-нибудь, спрятаться и скрыть свой стыд, но его гордость пересилила и он сбавил скорость. В конце концов Ентри догнал его. Мальчик посмотрел на Дика, но ничего не сказал. Он также опустил голову и они вдвоём поплелись в трактир.
Народу в трактире прибавилось. Табачный дым занавесил всю общую залу. Посетители были в основном мужчины, которые обсуждали последние новости за кружечкой пива и партией в кости. На Ентри и Дика никто не обратил внимания. Постояльцев разбирали за час, два и после интерес к ним, как к денежным вложениям, прекращался. Дик и Ентри медленно, словно после утомительной работы, поднялись на второй этаж и тут же оказались у комнаты. Она была не большая с двумя кроватями по стенам и столом у большого квадратного окна. Дик тут же плюхнулся на кровать с возгласом:
— Стыд-то какой!
Ентри копошась в суме, ища что-нибудь перекусить, решил поддержать Дикина.
— Да ладно, а что она не могла сказать, мол, да я — кузнец? И вопросов бы больше не было.
Но на это Сараллон ничего не сказал. Он молча лежал на кровати, заложив руки за голову и смотрел в дощатый, покрашенный белой краской потолок. Разговор возобновить никто из них не решился.
Не сильные удары в дверь, разбудили Дика. Он задремал пока размышлял о происшедшем. Ентри, жевавший яблоко, остановился и с опаской посмотрел на дверь. Через паузу послышались ещё стуки в дверь и тоненький голос Мариа.
— А, явилась, не запылилась. Входи предательница! — Сказал Ентри, откусив кусок яблока. Он готовил словесную атаку на девушку, о том какая она друг, если не ушла с друзьями, но, увидев в дверях кузнеца, застыл, позабыв обо всём. Челюсть непроизвольно отвисла, выпустив из-за рта яблочный сок.