— А когда захочешь покинуть скалу, скажи: " Атапиро"! — После, Кларгот стал исчезать в воздухе.
— Какому сердцу? Почему вы всегда говорите загадками? Что, что я должен теперь делать? — Закричал Ентри, но хранитель ему не ответил.
Юноша остался один на скале. Мариа лежала на камнях за его спиной, всё так же безмятежно прикрыв глаза, с лёгким румянцем на щеках. В это мгновенье, когда Ентри повернулся к ней, она показалась ему ещё прекрасней, чем при жизни. Он постарался ухватить этот момент, запомнить её такой, покоившуюся на камнях, под свинцовыми тучами, на распутье восьми ветров, такую живую, но мёртвую.
— Прощай Мариа. — Прошептал Ентри и наклонился над ней. — Жаль, что я не могу вернуть всё обратно. Жаль, что этой, моей магии так ничтожно мало. — Он прикоснулся в поцелуе ко лбу Мариа и теплота её тела обожгла его. Юноша замер. Словно ток пронёсся по его телу. По спине пронеслись мурашки, а острая боль отдалась в груди. Ентри осторожно поднёс руку к телу Мариа и медленно, пугливо прикоснулся к ней. Тепло никуда не исчезло, оно снова обожгло Ентри. "Прислушайся к сердцу!" — Вспомнились слова Кларгота и юноша, не обращая внимания на боль, припал к груди Мариа. Глухой стук словно оглушил его. Не поверив услышанному, он стал ждать нового удара и пауза для него тянулась длиннее вечности. Снова удар, ещё и ещё.
Ентри на радостях подпрыгнул, но тут же сжался калачиком от боли.
— Мариа! Мариа! Ты жива! Очнись! — Кричал Ентри, расталкивая девушку. Он тряс её, шлёпал по щекам и наконец, она открыла глаза. Медленно обведя взглядом небо и скалы, она остановила его на окровавленном, но сияющем от счастья Ентри.
— Мариа, ты жива. — Прошептал он и из его глаз покатились слёзы. Он вытирал их и смеялся. Он растёр по всему лицу кровь и выглядел от этого ещё более страшно, его грудь беспрерывно болела, он еле держался на ногах, голова кружилась, но он был счастлив. Счастлива была и Мариа. Она встала и обняла его за шею, отчего оба чуть не упали, и поцеловала.
— Я хочу домой. — Прошептала Мариа Ентри на ухо, держа его в своих объятьях.
— Атапиро! — Прокричал Ентри.
Сколько проспал Орион, трудно было сказать. Он спал крепко и даже холодный, каменный пол не был ему помехой. Проснулся он, чувствуя себя абсолютно выспавшимся. И первая мысль проснувшегося юноши была о Ентри, Мариа и остальных. Ему как-то стало стыдно, что он вчера даже не вспомнил о них, он ел, пил, веселился, а они неизвестно где блуждали, голодные, уставшие. "Ещё чего худого встретились с этими хищными растеньями". — От этой мысли Ориона передёрнуло. Он постарался прогнать плохие мысли из головы, встряхнув ею, и огляделся. Его спутники безмятежно спали, тихо похрапывая во сне. Мапус свернувшись калачиком, прижавшись к стене пещеры, Буй чинно развалился прямо у вертела, костёр погас, но от него ещё исходило тепло, Сай спал за его спиной, обняв обеими руками пустую бутыль из-под вина. "Наверное, они получили то, что хотели". — Подумал Орион и выполз из пещеры.
Солнечный свет ударил по привыкшим к темноте глазам и Орион тут же зажмурился. Солнце катилось уже к закату, а значит, он спал не меньше суток, для себя непривычно долго, по крайне мере в последние полтора месяца. Ветер, свободно гуляющий по склону горы, прогнал последние признаки сна и Орион вздохнул полной грудью чистый, горный воздух.
— Наслаждаешься!? — Неожиданно раздался голос в стороне. Орион резко повернулся на него и прикрывая глаза от света заходящего солнца, разглядел залитые золотым светом доспехи Кларгота.
— Добрый вечер! — Орион благовоспитанно поклонился.
— Ты хорошо воспитан для пирата! — Усмехнулся хранитель, Орион потупил взгляд. — Знаю, знаю! Ведь ты не считаешь себя пиратом! Забавно, капитан пиратов- не пират!
— Это произошло случайно. — Пробурчал Орион.
— Ладно Орион, никто тебя не винит, более того, для многих ты стал легендой… — Кларгот замолчал. Из пещеры появилась сонное лицо Сайморола с его маленькими, словно бусинки глазками, а за ним из пещеры вылезли Мапус и Буй. Кларгот медленно оглядел всех четверых своим грозным, испепеляющим взглядом и продолжил:- Вы доблестно дошли до конца пути. На нём были и боль, и слабость, и страх, и подвиги. Пришло время закончить его.
— Ну, наконец-то! — Всплеснул руками Сай. Кларгот надвинув брови, неодобрительно посмотрел на него. Сайморол струхнув, замолчал, спрятавшись за спиной Мапуса.
— Следуйте за мной! — Приказал Кларгот и развернувшись, последовал по склону, пираты поспешили за ним. Надо сказать, спешить им приходилось очень, дабы поспеть за хранителем. Тот в своих тяжёлых доспехах двигался с такой скоростью, что отдохнувшие моряки, налегке и бегом еле за ним поспевали. Через полчаса этого марш-броска, Сайморол стал отставать, его ноги стали заплетаться, он всё чаще стал спотыкаться о камни, пот ручьями лил с него.
— Э, как тебя там! Нельзя ли по медленнее?.. — Кларгот на это ничего не ответил и скорость не снизил. Раздосадованный Сай вновь помчался за ним.