Истекающий кровью Ентри, тяжело дыша, сидел перед Мариа, спиной к Трияду.
— Какой живучий щенок! — Выкрикнул маг и в ту же секунду оказался рядом с Ентри. — Ты меня начинаешь раздражать! — Трияд хотел было пнуть ногой юношу и занёс уже ногу, но тот с отчаянным криком вытащил Акинак из тела Мариа, девушка выгнув спину и с гримасой боли на лице отдала меч, и развернувшись, со всей оставшейся силы воткнул его в Трияда.
Ветер замер, вокруг них образовался вакуум, так что Ентри нечем было дышать и он как рыба на суше открывал рот чтоб глотнуть воздух, но безрезультатно. Ещё мгновенье и…
Сильный удар, похожий на разряд тока отбросил Ентри и тот упал к ногам Мариа. Алые глаза мага вспыхнули и пылали огнём некоторое время, а затем стали гаснуть. Маг стоял не двигаясь, расставив руки в стороны, а из-под балахона, тонкими струйками стал подниматься дым и по мере затухания огненных глаз, он усиливался. Через пару минут глаза мага погасли, дым прекратился и Трияд рухнул на землю.
Ентри не верил, что смог убить магию Трияда, но понимал, что произошло что-то важное, коль могущественный маг лежит около него. Ни ликования, ни гнева он не испытывал, только опустошение внутри себя. Опустошение и боль, которая пронизывала всё его тело. Его волосы, вперемешку с вязкой кровью прилипли ко лбу. Кровь струйками стекала по лицу к подбородку и жирными каплями бросалась вниз, на камни. Дыхание с хрипом вырывалось из груди, которая превратилась в один большой синяк, с множеством царапин и порезов.
Ентри ещё раз посмотрел на обездвиженное тело Трияда, стер кровь с лица и подполз к Мариа.
— Мариа, всё кончено! Слышишь? Всё… — Острая боль в правом боку заставила его замолчать. Он ухватился за больное место и снова бросил взгляд на лежащего мага, боясь, что тот очнётся. — Мариа, я не могу тебя потерять! Мариа, ты слышишь? Ты нужна мне!
На нежно-розовое лицо Мариа упала слеза, за ней капля крови и ещё одна слеза. Ентри сдерживал слёзы как мог, вытирал глаза рукой, но те катились и катились по щекам.
— Что же мне теперь делать? Что я скажу твоей бабушке? — Ентри уже не мог сопротивляться чувствам и заревел навзрыд, уронив голову на грудь Мариа.
— Иногда и герои плачут. — Прозвучал голос за спиной Ентри.
Юноша вздрогнул и обернулся. За ним стоял привычно одетый в доспехи Кларгот. Ентри вытер глаза и попытался встать, но резкая боль в правом боку заставила остановиться. Тем временем, хранитель чёрных стрел подошёл к телу Трияда и нашёптывая, склонился над ним. Под чёрным капюшоном, наконец, проявилось лицо: худое, дряхлое, изрезанное морщинами, меж который еле просматривался маленький рот с тонкими губами и такой же крошечный нос. Кларгот резко вырвал Акинак из тела мага и тот широко открыв большие, чёрного цвета глаза, взревел.
— Теперь ты никому не причинишь зла, ибо магия твоя уничтожена. — Произнёс как приговор Кларгот. Очнувшийся маг поджал колени и пряча лицо от взгляда Кларгота, испуганно жался к камням. Сейчас он вызывал только сочувствие, этот маленький, худой старец с испуганными глазами и дрожащими от страха руками. — Встань Трияд! — Бывший маг, захныкав как младенец, попятился назад, кутаясь в балахон. — Встань Трияд! — Повторил Кларгот. Трияд замотал головой, закрыв руками лицо. — Ты отправишься туда, откуда пришёл, на северные склоны Скопир и отныне не применишь никогда магию. — Трияд услышав это, зарычал и резко выставил вперёд ладони. Его руки задрожали от напряжения, губы сжались, а большие глаза сузились до маленьких, еле заметных щёлочек, но на лице Клоргота выплыла только ироническая улыбка. Поняв, что он и вправду потерял свою силу, Трияд закричал, подняв руки к небу.
— Трияд, тебе пора! — Произнёс Кларгот, соединив перед собой ладони. Тут же Трияд снова заревел и испарился в воздухе. Оставшиеся от него тонкие струйки дыма, тут же были подхвачены ветрами и развеяны над скалами.
Кларгот проводил Трияда взглядом и повернулся к Ентри. Тот, по-прежнему уныло опустив головы на грудь, сидел рядом с Мариа.
— Я убил Мариа.
— Не вини себя, ты сделал всё правильно!
— Я убил её! Что же тут правильного?! — Закричал Ентри, но боль в груди заставила его сжаться и замолчать.
— Вы победили Трияда. Его магия теперь не причинит зла и это главное. — Кларгот говорил спокойно, хотя даже так его голос звучал громогласно.
— Да мне плевать на Трияда и на вашу магию. — В голове Ентри промелькнула мысль бросить в раздражающего его своим спокойствием и невозмутимостью хранителя камень, но он сдержался. — Вы, маги, мните себя чуть ли не властителями Дириуса, всё знаете, всё умеете. Скажите, почему тогда вы не можете сами разобраться со своей магией, а вовлекаете в свою битву простых людей, которые гибнут, страдают?.. — Ентри снова замолчал. Острая боль пронзила грудь и он припал к камню.
— Магия есть в каждом. У кого-то её больше, у кого-то меньше, но она есть.
— Интересно, где она у меня?
— Твоя магия- это вера и любовь Ентри!
— Ни вера, ни любовь теперь не исцелят Мариа.
— Прислушайся к сердцу!
— Какому сердцу?
