За краем вечности, беспечности, конечности пурги - когда не с нами были сны, когда мы не смыкали глаз. Мы не проснемся, не вернемся ни друг к другу, ни к другим, с обратной стороны зеркального стекла. За краем ясных, и ненастных, и напрасных зимних дней, когда без звука рвется синь, когда и ночь без сна бела. Мы не вернемся ни друг к другу, ни к себе с обратной стороны зеркального стекла. гр."Мельница" "Прощай" Ищу бету. Буду рада любой помощи в исправлении орфографических, грамматических, пунктуационных ошибок. Также, не откажусь от помощи касательно оружия, автомобилей, ибо сама в этом не разбираюсь, и вынуждена выискивать информацию в сети наугад. Черновик.
Привычка открывать глаза за пять минут до сигнала будильника. Лежать на спине и смотреть в потолок. Лежать и смотреть. На потолке ничего не изменилось, тот же грязный серый цвет, те же темные трещины. От старости. Это старая гостиница, одна из самых дешевых в этом городке. Я живу в ней уже третий день. И третье мое пробуждение ничем не отличается от предыдущих двух. Жесткая кровать, грязный серый потолок. И я лежу на спине, укрывшись до подмышек, положив руки вдоль тела поверх одеяла, смотрю на этот серый грязный потолок и жду, когда раздастся писк, сигналящий о том, что пора вставать. Всегда просыпаюсь в той же позе, в которой уснула.
Будильник успевает выдать только одну визгливую ноту. Сбрасываю сигнал не глядя. Привычка. В дешевых гостиницах будильник всегда находится в одном и том же месте - в изголовье. А я достаточно времени провела, ночуя по таким местам. Привычка. Как и все остальное. Действия, доведенные до автоматизма. Душ, одежда, еда. А между вторым и третьим есть еще несколько минут у зеркала. Волосы не растрепались за время сна, но все же стоит привести их в порядок. Пока вожу расческой по гладким прядям, смотрю на свое отражение. Вижу его редко, один-два раза в сутки. Все как обычно, ничего не изменилось. Глаза такие же серые, кожа бледная, волосы седые. Нет никаких признаков старения, разрушения организма. Значит, время еще не пришло.
На часах без четверти семь. Поздний вечер. Я проспала ровно десять часов. Есть время перекусить, еще раз посмотреть карту, еще раз подумать над планом действий. Сомнений не было, но была привычка. Ничего больше. За годы работы наемницей я выработала привычку быть предельно осторожной. Эта привычка пропитала меня насквозь, въелась под кожу, течет вместе с кровью. Я должна проверить все еще раз. Наливаю кофе, машинально откусываю от бутерброда, который еще утром положила в холодильник, смотрю план замка. Я ведь знаю его наизусть. Каждую комнату, каждый поворот. Даже расположение камер. Но привычка заставляет меня смотреть на двигающуюся по дисплею навигатора картинку, и про себя повторять план действий. Привычка. Не больше.
Семь. Часы на площади отсчитали нужное количество ударов. За окном уже давно темно. В этой части Материка вечера всегда такие темные. И холодные. А дни мрачные, подернутые туманом. Я не люблю маленькие города. Обычно, здесь более расторопные полицейские. Наверное, потому, что в небольших городах люди чаще приходятся друг другу какой-нибудь родней или знакомыми. И в полиции служат те, кому по-настоящему не наплевать на то, что творится на их территории. Ведь среди пострадавших от рук преступников могут оказаться их жены и дети. Когда я работаю в крупных городах, мне, как правило, удается ускользнуть за пределы стен прежде, чем полиция вообще узнает о преступлении. Но сейчас случай особенный. И в случае неудачи, преследовать меня будут не простые городские полицейские. Может быть, именно поэтому я и пересматриваю в очередной раз план. Просто, чтобы избежать нежелательных моментов. Мне не нужны неприятности.
Полчаса проходят спокойно. Одеваюсь, перебрасываю через плечо сумку, не оборачиваясь покидаю номер гостиницы. Отдаю администратору ключ, механическое творение человеческого разума спокойно желает мне счастливого пути и приглашает прийти еще. Вряд ли. Разве что, по работе.
Пока я спала, прошел дождь. Воздух теперь был тяжелым и влажным, и мне это не нравится. Когда в воздухе много влаги, дышать становится тяжело. Это не приносит особого дискомфорта, люди вообще не обращают на подобное внимания. Но я ощущаю, как вместе с воздухом, в мои легкие проникают микроскопические капли влаги. Дыхание сбивается помимо воли, тренированный организм отрицательно реагирует на попытку как-то на него повлиять. Стою посреди темной улицы, жду, когда дыхание и сердцебиение придут в норму. А между тем, такими же незаметными глазу каплями покрываются куртка, волосы, лицо. Слишком много воды. Это плохо.
Арендованный мотоцикл ждет меня на стоянке. Завтра выходит время проката, и мне необходимо будет вернуть машину владельцу. Вполне добродушный человек, с приятной внешностью и улыбкой. В некотором роде неприятно, что я не смогу вернуть мотоцикл в срок. Ничего особенного, я просто украду его и попользуюсь еще некоторое время. Мотоцикл найдут в паре сотен километров от стен города. Я даже приложу усилия, чтобы не испортить вещь. Мне был приятен ее хозяин.
Людей на улице мало, каров на дороге тоже. Рабочий день закончился и в маленьком городке наступает время затишья. Когда вернувшиеся со службы люди сидят по домам, ужинают с семьями, занимаются домашними делами. Им незачем куда-то идти вечером, у них стабильная жизненная позиция: отдых после рабочего дня. А утром все повторится заново. Ничего не меняется. Даже у людей, даже с их способностью чувствовать. Рудимент, которым они почти разучились пользоваться. Наверное, скоро человечество полностью превратится в Теней, без вмешательства Безразличных Богов.