Емеля и Василиса не медля отправились в путь исполнять царский наказ. Ближе к вечеру они сделали остановку на постоялом дворе, чтобы немного отдохнуть, перекусить и пополнить припасы. Они сидели за столом во дворе, наслаждаясь теплом и внезапно наступившим летом. Василиса пила чай, а Емеля, вытянув ноги в новых сапогах, полученных от царя, жонглировал яблоками и напевал себе под нос.
Василисе не понравилось его легкомысленное настроение, и она решила вернуть его с небес на землю.
– А задание-то невыполнимое, – невозмутимо сообщила она. – Баян этот знаешь у кого?
– У кого? У кого? – в тон ей отозвался Емеля, продолжая подбрасывать яблоки и беспечно напевать, похоже не осознавая всей важности происходящего.
– У Кота Баюна, – серьёзно сказала Василиса.
Её слова Емелю нисколько не впечатлили.
Однако другие обитатели постоялого двора, едва услышав про Кота Баюна, замерли, и стало тихо как на поминках. Лишь Василиса начала с невозмутимым видом собирать еду со стола в берестяной короб.
Наконец Емеля заподозрил что-то неладное.
– А чего я, с котом, что ли, не справлюсь? – небрежно бросил он, но забавляться с яблоками прекратил, почувствовав какой-то подвох.
Василиса не оценила его бравады.
– Кот этот не простой, – серьёзно посмотрела она на него. – Вот встретит он тебя, спросит: какую песню сыграть – весёлую или грустную? Ты бы какую выбрал?
– Грустную, – не растерялся Емеля. Думал, Василиса удивится его странному выбору, но она осталась невозмутимой.
– А... когда грустную песню кот заводит, то люди в сон впадают, – меланхолично поведала она и неожиданно закончила: – И он их сжирает.
– Сжирает? – недоверчиво уточнил Емеля. Он пытался, но не мог представить, как кот, пусть даже огромный, может сожрать человека.
– Да, прямо с косточками, – подтвердила девушка.
– А я что, сказал «грустную»? – спохватился он, поняв, что погорячился с выбором.
– Да, – подтвердила Василиса.
– А, не, весёлую, – тут же переиграл парень, надеясь, что теперь ответ будет другой – но не тут-то было.
– А когда весёлую играет, то люди не могут остановиться: танцуют до смерти, – не поддалась Василиса и зловеще закончила: – И он опять их жрёт.
– Жрёт, жрёт, жрёт, жрёт, жрёт, жрёт, жрёт, жрёт, жрёт, – словно поддержал её пасущийся неподалёку козёл.
Емеле стало не по себе.
– Чего он у вас такой лютый-то? – поёжился он.
– Известное дело: один живёт – одичал, – пожала плечами Василиса.
Емеля уже не веселился, но деваться было некуда – царю слово дал, что раздобудет волшебный баян-самоигран. Иначе не видать ему царской дочки Анфисы как своих ушей. И тогда не только свадьбы не будет – и головы можно лишиться... Делать нечего, надо отправляться к логову Кота Баюна...
Когда они с Василисой добрались до берега, совсем стемнело. Кот Баюн обитал в странном зловещем месте, куда ни один человек не забрёл бы по доброй воле. Только заблудившийся путник мог тут оказаться и стать жертвой коварного кота и его баяна...
Емеля с Василисой осторожно пробирались по узкому перешейку между тёмными озёрами, прислушиваясь к зловещему уханью филина в лесу. Они перешли на шёпот, боясь потревожить то неведомое и пугающее, что здесь притаилось.
– Вот там твой кот обитает. – Василиса указала в сторону старого капища и помахала рукой, будто прощаясь.
– А ты разве со мной не пойдёшь? – удивился Емеля.
– А зачем? – грустно усмехнулась девушка. – Чтобы посмотреть, как он тебя на ужин съест?
Парень слегка смутился, видимо только сейчас осознав, что шутки и песни закончились.
– Ага. Ну да, – замялся он и неуверенно спросил: – Я тогда пошёл?
– Да-да, – кивнула Василиса.
– Ты не скучай тут, – самоуверенно пожелал Емеля, стараясь сохранить бравый вид.
– Нет-нет, – помотала головой она.
Емеля сделал пару шагов, но тут же вернулся, будто опасаясь, что девушка сразу уйдёт.
– А... встречаемся здесь? – уточнил он.
– Да, – снова односложно ответила она, провожая его тревожным взглядом, словно не надеясь, что он вернётся.
Емеля осторожно пробирался по капищу, стараясь поменьше смотреть по сторонам, и для храбрости разговаривал сам с собой.
– Правильно, что третье желание сохранил, – вслух рассуждал он. – Ещё пригодится. А кота я одной левой сделаю. Подумаешь, кот! Легкотня.
Лучше бы ему было помолчать, чтобы не нарушать тишину! Хорошо, что Емеля не видел, как поворачиваются вслед кресты, стоило ему пройти мимо. Он оглядывался и насторожённо пятился, пока наконец не упёрся спиной в небольшую виселицу с подвешенными на ней крысами. Емеля остановился, брезгливо разглядывая этакую гадость. Вдруг послышался какой-то звук, и он, вздрогнув, оглянулся.
– Кто здесь? – тихо спросил он в пустоту. – Показалось?
– Нет, не показалось, – ответил ему чей-то голос.
Емеля обернулся – и увидел перед собой огромного пушистого кота, сидящего на крылечке лабаза, неизвестно как тут оказавшегося. В лапах он держал заветный баян-самоигран. Кот растянул мехи, и раздался глухой зловещий аккорд.
– За баяном пришёл? – догадался кот и пригрозил: – Разорву!
– Да нужен мне твой баян, – делано отмахнулся Емеля. – Так, гуляю просто! Не спится мне.
