Вокруг разливалась тёмная беззвёздная ночь, и только неприятное ощущение того, что нас опять кто-то старательно ищет, омрачало окружающую безмятежность. Но ищущие нас маги, именно так, не один маг, а сразу несколько, были ещё где-то далеко и пока явно не приближались. Вспомнил о браслете, обманывающем стороннее внимание, который надел на свою руку ещё на базаре. Видимо, издалека его пустота не кажется следопытам особенно вызывающей, иначе бы кого-то послали проверить. Но долго эта хлипкая маскировка не выдержит, требуется поменять действующий образ. Что можно такого представить, чтобы в этом лесу выглядело наиболее естественным? Деревья? Возможно. На стоянке хорошо сработает. При движении же наоборот, вы когда-либо видели движущиеся сами по себе деревья? То-то. Перебрав несколько образов встречавшихся здесь ранее животных, остановился на собачьей стае, которая нападала на меня. Лучше всего запомнился её вожак, до сих пор от воспоминания его взгляда становилось не по себе. Вот и заложим его вместе со всем остальным в амулет. Представил картинку, потянулся к силе и передал образ в него. Сконцентрировавшись на ощущениях, отметил — не совсем то. Картинка получилась статической, годной опять-таки только для обмана внимания с дальнего расстояния. Пришлось напрячься, смоделировав в голове собачью стаю в динамике. Как она располагается на отдыхе, как движется по лесу, вынюхивая чьи-то следы, как с азартом начинает преследование подходящей жертвы. Хорошо зная повадки диких собак, это было нетрудно. Даже поведенческие характеры отдельных представителей собачьего племени подобрал. Вот с передачей картин из моего воображения в амулет пришлось повозиться, чтобы они оставались живыми. Сам амулет способен принимать и более сложные образы, но у меня не было опыта работы с такими штуками, а потому действовал исключительно по наитию. Что-то получалось практически сходу, что-то приходилось переделывать по нескольку раз, пока система, наконец, не заработала, как мне хотелось. Осторожно выбравшись из объятий Марины, которая улеглась спать рядом, обхватив меня руками и ногами, пробежался по поляне, отмечая динамическое изменение образа в амулете вместе с моими движениями. Пришлось корректировать картинки ещё несколько раз, получая синхронные изменения внешних событий и их внутреннего отображения. Амулет оказался очень сложной конструкцией. В зависимости от эмоционального и физического состояния своего носителя, он мог транслировать разные образы и даже частично видоизменять их по заданной программе. Вот только настраивать его оказалось весьма долгим и тяжелым делом. До рассвета постепенно доводил образ собачей стаи к его естественному идеалу, и уже под самое утро вполне удовлетворился полученным результатом. Что характерно, постороннее внимание давно не посещало нас, видимо, определив этот район, где заночевали дикие собаки, бесперспективным для дальнейших поисков беглецов-людей.
