— Было такое дело, — тихо буркнул в ответ, и чуть громче, — но не в этом суть. Тут у тебя в сундуке, откуда ты вытащил заготовку для клинка, кое-что странное видел…
— А, ты тоже обратил внимание на это чудовищное непотребство? — заметно повеселел оружейник.
Видимо разговор про Питса с его должниками мастера совсем не радовал. Хотя и его оценка оружия из моего мира тоже весьма странная.
— Что же в нём такое непотребное? — спросил его, думая, как попросить его достать «Калаш», но он это сделал без моей просьбы сам.
— Да ты сам внимательно посмотри и попробуй немного этот артефакт почувствовать…
Он метнулся к своему сундуку и положил передо мной немного потёртый АКМС (автомат Калашникова модернизированный со складным металлическим прикладом) со сложенным прикладом и примкнутым двумя рожками, сцепленными друг с другом синей изолентой валетом для быстрой смены одного на другой. Во втором рожке даже патроны есть, но горловина конкретно забита землёй. Да и вообще автомат явно нуждался в хорошей чистке, хотя следов откровенной ржавчины на нём не заметил. Мастер-оружейник удивлённо с открытым ртом смотрел на мои привычные действия при неполной разборке «Калаша». Магазины долой, в первом тоже патроны имеются, передёргиваю затвор, выбрасывая ещё один, бывший в стволе. Автомат стоял на «предохранителе», так что местным сильно повезло, ведь догадываюсь, что на спуск они пытались давить. Только про то, что надо переключить переводчик огня, почему-то не подумали, хотя там явный след на металле от его перекидывания туда-сюда остался. Так…, крышку ствольной коробки в сторону, возвратную пружину тоже, вынимаю затворную раму и разделяю её с затвором. Смотрю ствол на просвет, определяя его износ. Из автомата стреляли совсем мало, износ ствола практически полностью отсутствует, но таскали как раз много, судя по внешней потёртости. Наверное, кто-то из солдатиков какой-то охраняемой зоны потерял, причём, совсем недавно. Хотя нет, у них там должны быть АК-74 под пять сорок пять, и так скреплять магазины в армии не положено. Патроны, кстати, бронебойные, судя по чёрной краске на головке пули. Может кто-то из зоны какого-либо локального боевого конфликта сюда залетел? Только ему не так сильно повезло как мне, в результате остался лишь один автомат. Осмотрев спусковой механизм и ударник, отметил полную работоспособность оружия, быстро и ловко собрав его обратно. Только не стал вставлять магазины с патронами от греха подальше.
— Интересно, откуда у вас эта вещь? — спросил Толиса, всё так же с удивлением и открытым ртом разглядывающего меня.
— Искатели из очередного обновившегося «чёрного пятна» принесли, — ответил он, постепенно приобретая нормальный вид и закрывая рот. — Ты, видимо, хорошо знаком с такими артефактами, да?
— Доводилось иметь дело…, - расплывчато ответил ему.
— Что это хоть такое, не скажешь? — продолжил задавать мне вопросы мастер.
— Если продашь его мне, за столько же, за сколько сам взял — скажу. Но при условии огненной клятвы, что ты сам никому об том не расскажешь, — пора и мне учится использовать местные правила.
И вообще не стоит оставлять в руках местных подобные «игрушки», попавшие сюда из моего мира, если они в них до сих пор не смогли разобраться. Пусть лучше будут лежать у меня, на душе спокойнее будет.
— Давай два полных серебряка и забирай, — кивнул мне мастер, и продолжил: — Обещаю сохранить исключительно в своей голове всё то, что сегодня узнаю от искателя…, - он посмотрел внимательно на меня, не зная, как меня зовут.
— Витоса Хитрована, — подсказал ему.
— … Витоса Хитрована, на чём призываю огонь силы свидетелем! — по нему быстро пробежалось призрачное пламя, подтверждая данную клятву.
Достал кошель и выложил Толису две крупных серебряных монеты, которые тот сгрёб в свой карман, тем самым окончательно завершая сделку, и вопросительно смотря на меня ожидая обещанных объяснений. Но я решил вначале задавать вопросы, через которые можно полнее узнать о здешних людях вообще. Ибо не разобраться, что можно сделать с заряженным «Калашом» — это ж надо сильно постараться.
— Ты разве сам до сих пор не догадался, что это такое и для чего нужно? — спросил его, вставая со стула и уперев в плечо разложенный приклад, движениями ствола ведя поиск цели.
Очень характерная поза и характерные движения, которые сложно перепутать любому хоть немного знакомому с ручным метательным оружием.
— Какой-то сложный и непонятный арбалет, — задумчиво сказал мастер, — Это уже давно определил. Но к нему явно не хватает каких-то боевых амулетов подчинённой силы, по словам Питисиниюса, которому его когда-то показывал.
— Здесь все эти амулеты как раз есть, — взял со стола магазины и примкнул к автомату, передёргивая затвор. — Могу даже показать, как действует, но…, больно громкий выстрел получится.
— Не надо здесь показывать, я тебе верю. Ты так ловко орудуешь им, что можно не сомневаться в твоих словах. Но всё равно совершенно не чувствую никакой силы во всём этом странном оружии. Оно вообще неправильно создано, так нельзя делать!
