Мира понимала, что если она не воспользуется этим моментом сейчас, второго шанса может не быть. Дамир сидел перед ней, слегка пьяный, его взгляд стал мягче, чем обычно, и в этом состоянии он был уязвим. Она видела его подавленное состояние, чувствовала, как в нём кипит смесь боли и усталости, и это рождало у неё внезапное сострадание. Но от этого становилось лишь тяжелее. Она знала, что её собственная свобода зависела от этого решения.
Мира подняла стакан и сделала вид, что случайно роняет его на пол. Раздался звон стекла.
— Чёрт… — выдохнула она, бросая короткий встревоженный взгляд на него.
Дамир взглянул на неё и махнул рукой, поднимаясь.
— Забей, я принесу новый, — сказал он, направляясь к шкафу.
В тот миг, как он отвернулся, Мира быстро достала из кармана капсулу с порошком. Ломая её дрожащими руками, она высыпала содержимое в его стакан, почти не дыша, боясь, что он заметит. Её мысли лихорадочно крутились, и она сама себя убеждала: «Прости… прости… но у меня нет другого выхода». Эти слова звучали в её голове как мантра, но облегчения не приносили.
Когда Дамир вернулся, он поставил перед ней новый стакан, а затем взял свой. Она наблюдала, как он поднёс его к губам, сердце её замерло.
— Стой… — прошептала она.
Дамир остановился и посмотрел на неё с лёгким удивлением. Она встала, чувствуя, как голова слегка кружится от выпитого алкоголя, и сделала шаг к нему, останавливаясь так близко, что могла ощутить его дыхание на своей коже. Она не отрывала взгляда от его глаз, в которых на мгновение увидела уязвимость, которую так долго искала.
— Ты… не плохой человек, — прошептала она, чувствуя, как её голос дрожит. — Ты просто слишком рано повзрослел… Твоя мама бы гордилась тобой.
На её слова он замер, словно поражённый неожиданностью, и его взгляд стал мягче. — Ты пахнешь кокосом. — Дамир приблизился к ней. — Что? — с непониманием спросила девушка.
Он резко потянулся к её губам, словно забыв обо всём вокруг. На миг их губы соприкоснулись в нежном, почти трепетном поцелуе. Мира почувствовала, как его руки обвивают её, и, поддаваясь неожиданному порыву, она опустилась на его колени, прислоняясь к его груди.
Но её вдруг накрыла волна реальности. Она резко отстранилась, сбитая с толку и ошеломлённая своими же чувствами. Дамир на миг задержал её взгляд, но на его лице отразилась грустная, едва заметная улыбка.
— Я этого не заслужил… прости, — тихо произнёс он, глядя на неё с искренним сожалением.
Слова эхом прозвучали в её сознании, и сердце болезненно сжалось, когда она увидела, как он снова потянулся к своему стакану с коньяком — и с ядом, который добавила она.
Всё её существо протестовало. Ощущение вины и отвращение к самой себе стали невыносимыми. В последний момент, не осознавая, что делает, она резко схватила его стакан и, не раздумывая, вырвала его из его руки, роняя на пол.
Звон разбившегося стекла разнёсся по комнате, оставляя их в напряжённой тишине, которая казалась бесконечной…….
Дамир открыл глаза и ощутил легкую пульсирующую боль в висках. Яркий свет, пробивающийся сквозь щели в занавесках, резал глаза, усиливая головную боль. Он потянулся, лежа на широкой кровати второго этажа своего дома, и попытался вспомнить события прошедшего вечера.
Эта мысль ворвалась в его сознание, обжигая воспоминаниями. Дамир сел на кровати, провел рукой по лицу, а затем оперся локтями на колени. Вчера он и Мира пили вместе. Это была редкость — позволить себе такое расслабление. Но что-то в её взгляде, в её дрожащем голосе заставило его отступить от своих правил.
….
….