Вскоре мы собрались в комнате у Ромиара, где он вызвал слуг, а затем стал нагружать их бесчисленными распоряжениями, словно предостерегался от подслушиваний. И я понимала его — у эльфов острый слух. И я краснела, вспоминая, когда именно сказал мне об этом Кейел. Тогда, еще будучи Вольным, он тоже злился на меня и смотрел так же пристально, как и сейчас. Кажется, этот взгляд заметили все, но не стали вслух проявлять любопытство.
Елрех сидела рядом со мной на диване, отвлекаясь на энциклопедию по растениям и ожидая, когда Ромиар отпустит слуг. Сам Ромиар так и не вылез из кресла, все еще одновременно и раздавая поручения, и разгребая завал из бумаг, свитков и книг. Я облокотилась на подлокотник изящного диванчика и наблюдала за всеми, кроме Кейела. Он развалился на стуле, сцепил руки в замок и, склонив голову, неотрывно смотрел на меня. Это было не просто демонстрирование интереса ко мне, а, судя по выражению лица, открытым вызовом. Будь он Вольным, я бы такое смелое поведение поняла, но сейчас не могла объяснить. Ладно, я его поцеловала — соблазнила фактически на предательство любимой девушке. Это, конечно, повод для ненависти, но ненавидеть при этом логично самого себя, а не меня. К тому же мне показалось, что иногда он всех нас одаривал этим гневным взором, будто подозревал в подлом заговоре.
Когда дверь за прислугой закрылась, Ромиар снова зашумел выдвижными ящиками, затем застучал амулетами, а после быстрым шагом направился к двери. Молча положил крохотный камешек на узорчатый карниз над дверью. Темно-коричневый амулет растворился без следа на таком же элементе декора.
— Чтобы наверняка нас не услышали, — пояснил Роми и вернулся к своему месту за столом. — Ну что, думаю можно начинать.
— Хорошо, — с облегчением выдохнула я.
Во мне теплилась надежда, что уверенность в себе, данная с прозрением Вестницы, а также укрепившаяся в Васгоре, вернется сразу же, как я погружусь в воспоминания о всех пройденных испытаниях. Мне хотелось хоть как-то защититься от незнакомого Кейела, чье прикованное внимание игнорировало любую каменную шкуру и мешало собраться. Несмотря на все знания о нем, о том, какая он со всех сторон беспомощная жертва, я ни на миг не забывала, что зубы у этой жертвы все-таки имеются. Иначе он бы не появился в Медвежьей колыбели с отчаянной попыткой отомстить за что-то обидчикам своей ненаглядной Лери. Черт возьми, неужели в его глазах я теперь тоже стала угрозой для нее?
Выпрямив спину и улыбнувшись всем, я приготовилась начать заготовленную речь. Но…
— Я не иду с вами, — вдруг заявил Кейел и, наконец-то, отвернувшись от меня, уставился на Роми.
— Что случилось? — насупился тот и покосился в мою сторону.
Я округлила глаза и пожала плечами.
— Не хочу мешать вашим планам.
— Ты вовсе не мешаешь, — мягко заверил Роми. — Правда, Асфи?
При чем тут я? Поинтересоваться об этом не успела — меня опередил Кейел:
— Зачем я тебе?
— Кейел, — чутко произнес опешивший Роми, — что случилось с…
— Я не настолько дурак, чтобы отдать себя на растерзание — вот, что случилось!
— Не понимаю, о чем ты говоришь, — растерялась я.
Кейел посмотрел на Елрех.
— Ты тоже?
— И я тебя не понимаю, добрый человек, — ответила она, откладывая энциклопедию. Прищурилась и обратилась к нам двоим: — Что произошло между вами в мастерской?
— Ничего!
— Асфи призналась в любви, — одновременно со мной произнес Кейел и улыбнулся.
— Зачем ты это сделала? — мгновенно возмутился Роми.
Я беспомощно развела руками. События развивались явно быстрее, чем я соображала.
— Даже если и сделала, что в этом такого? — От глупого оправдания захотелось выругаться. Лучше бы я промолчала!
— Если я вам нужен, то хочу знать все, что происходит. Я не хочу, чтобы меня… — Кейел нахмурился и опустил голову; волосы упали на щеки, скрывая суровый взгляд. — Не хочу, чтобы со мной…
— Все в порядке, Кейел, — произнес Роми. — Асфи все знает, я рассказал ей.
— О чем ты ей рассказал? — удивилась Елрех.
— Так ты, уважаемый, по части языком трепать? — Кейел разозлился сильнее: вскинул голову и посмотрел на Роми так, что я невольно нащупала рукоять кинжала.
И опомнилась, отпуская оружие. Не буду же я снова уничтожать дорогих мне существ!
— Погодите! — поднявшись, призвала к спокойствию. — Не надо скатываться к ругани. Кейел, скажи нам, что тебя не устраивает и к чему конкретно у тебя претензии.
Через миг пожалела, что позволила себе взглянуть ему в глаза. В них плескалась насмешка надо мной.
— Я ведь поверил, что вы хотите мне добра. — Взмахнул рукой в сторону Роми. — Он рассказал мне о том, что я был Вольным. О том, что он был Вольным. Не скрывал, что ты пришла из прошлого и сообщила об этом. Еще пообещал, что память, которую ты вернешь нам, сделает меня сильнее.
— Тебе и вправду надо завязать язык узлом, — прошипела я, повернувшись к хвостатому засранцу и сжимая кулаки.
Ромиар скорчил рожицу в ответ.
— Я просто раскрыл ему правду. Асфи, разве это хуже твоего признания?
— Замолчите, бесстыжие существа! — не выдержав, грубо вмешалась Елрех. — Дайте сказать Кейелу.
