Колосухин помолчал в трубку, и я представил – словно по телевизору узрел, как он короткой могучей шеей ломает отутюженный воротничок всегда кипенно-белой рубашки – коронная его привычка в минуты сдерживаемого гнева.
– Лудонин попросил Павла Никифоровича совещание перенести, – героически принялся я выправлять ситуацию (кто же знает, что случилось с Федониным?). – С утра Лудонин у Максинова на докладе. А без него, сами понимаете, какой резон его проводить?
– Если буду на месте, – подумав, подвёл черту заместитель прокурора области, – заходите все ко мне. Проведём у меня. Не возражаете, надеюсь?
Какая деликатность! Попробуй возрази. А ведь совещание у нас – это одно, а при высоком начальстве – это… Старый лис узнает, съест с потрохами. Накомандовал я без него… А Колосухин трубку так и не кладёт, ещё какую-то каверзу готовит.
– Я только что от прокурора области, – наконец неторопливо проговорил он. – Николай Петрович напомнил мне про список, который старшему следователю передал и поручил вам по нему провести определённую работу. Подскажите Павлу Никифоровичу, чтобы подготовился доложить мне на этом совещании об исполнении. Совместим, так сказать, одно с другим.
Значительным и запоминающимся тон был в конце фразы. Что он совмещать собрался?.. «Одно с другим» – это как понимать?.. Три нераскрытых убийства и сегодняшнее опоздание Федонина?.. Виктор Антонович Колосухин известен своим формализмом, во главу угла он всегда ставит дисциплину. Это его любимое изречение – закон и порядок живут только при исполнении. Он, конечно, переделал известную латинскую мудрость, но согласитесь, не придраться. Кстати, что же с самим Павлом Никифоровичем приключилось? Не значился он никогда в прогульщиках. Уж не заболел ли?
