ВИКТОРИЯ ЯНКОВСКАЯ. ПО СТРАНАМ РАССЕЯНИЯ (Нью-Йорк: Ам-Издат, 1978)
Дорогим ушедшим — МАМЕ и ПАПЕ
…И за то, что нас Родина выгнала, —Мы по свету ее разнесли.Алексей Ачаир
КАЛИФОРНИЯ
Пантомима
Кузине Марианне (Малинке)
То, что сердце само пропело,То, что сами цитируют губы,Если я записать не успела,Оттолкнула небрежно и грубо —Я уже никогда не вспомню…Слишком много разного в жизни…Эти шепоты ночи темнойСтали больше похожи на тризны.Ведь стихи читают поэтыИ влюбленные в лирику люди.Ведь стихи продолженье, пропетыхВ подсознании, тайный прелюдий…Записавши, забыть труднее.Вслух прочесть их необходимо.От молчанья душа бледнеет. —Без стихов жизнь души — пантомима.1976«Сан-Франциско — кружевные берега…»
Сан-Франциско — кружевные берега…Эти волны к нам бегут издалека…От любимой, от Родной Земли,Где сожгли когда-то наши корабли…Где погибло всё. Сгорело без следа,Что любили мы и чем душа горда.Ну, а память? Память — сожжешь!Память горьким пеплом в сердце пронесешь…Это тот же наш Великий ОкеанЛижет берег, не зализывая ран.И туманы строят в прошлое мосты…И мерещатся мне Белые Кресты…1967Мост «Golden Gate»
В.П. Петрову
Между Океаном и Заливом,Разграничивая два различных мира,Вознеслась изящно и красивоТерракотовая Лира.Да, она когда-нибудь игралаРаньше… нежную мелодию природы,Отражаясь на закате в алыхТихоокеанских водах…Об индейцах, об испанцах и о русских,Проходивших мимо этих побережий —Мореплавателей искусныхПолных веры и надежды…О пришельцах всевозможных наций:Плыли все сюда с мечтой о счастье,Чтоб спокойно жить, а не скитаться,Чтоб не подчиняться чуждой власти.Но теперь запели струны с перебоем.Слушать эту Лиру всем сегодня страшно:Слишком много шума, гама, воя —Точно у подножья Вавилонской Башни.Этот мост — не Терракотовая Лира.Мост, порой, ведет, и в Преисподнюю…И не может он соединить два мира,Если нет на это милости Господней.1975Жизнь
По зеленой реке в красной лодкеЯ плыву ослепительным днем.Воздух трепетный золотом соткан —Бирюза и сиянье во всем.Переплыть целых три океанаИ три четверти мира объять,Чтоб не поздно, но и не раноК новой жизни подкрасться опять.После бега, тревожных скитаний,И миров, неизвестных дотоль,Вдруг прислушаться к подсознанью:А ведь вот — притупляется боль…Боль, которой, казалось, нет равной:Мать, ребенок и Родина… Что ж?Невозможно питаться отравой.Раз дана тебе жизнь — ты живешь.Выбираешь потише, поглушеОтдаленный кусочек земли,И опять наполняешь душуТем, Чего отобрать не смогли!1971Осень на Русской Реке
Из цикла: Русская Река
А. и В. Катэлл