Юная Аманда мечтает стать настоящей писательницей, но ей это не удается, пока девушка, пройдя серьезные испытания, не обретает настоящую любовь. Ту истинную любовь, для которой не существует ни времени, ни пространства, ни законов, придуманных людьми…
…Где-то там, на холме, покрытом сочной зеленью, под вековым дубом сидел и любовался закатом Ангел. Ласковый ветер нежно обдувал его загорелое лицо… Ангел улыбался. Его карие глаза сияли, на щеках разливался здоровый деревенский румянец.
Ангел обвил руками колени и смотрел на расстилающееся перед ним цветочное поле, на котором плавно вальсировал среди крупных бутонов тигровых лилий ветер, разнося по округе их сладковатый аромат.
Солнце уже заходило. Но Ангел знал – ночи не будет. Скоро вновь рассвет… В этом мире нет ночей.
Ангел встал и провел рукой по шершавой коре дуба. В прошлом это дерево спилили на доски… Но здесь нет ни прошлого, ни настоящего, ни будущего. В этом мире вообще нет времени. И поэтому каждый предоставлен самому себе.
Ангел закрыл глаза и вдохнул аромат лилий. Он еще не раз придет на это место, потому что справился с заданием… и теперь он настоящий Ангел.
Раньше он думал, что когда это произойдет, за его спиной сразу вырастут крылья. До этого он полагал, что пронесется по длинному туннелю, в конце которого горит свет, а еще раньше – что будет жить очень долго и сможет сделать любимую женщину счастливой…
Ангел часто ошибался…
Кстати, когда-то он считал, что ангелы одеты в белые туники с золотой строчкой. И тут он промахнулся.
На нем осталась больничная одежда, в которой он пришел в этот мир: легкие белые штаны на завязках и из такого же материала рубашка. Еще ему позволили взять с собой кашемировое пальто, в которое он был одет в последний день своей жизни.
Ангел хранил это пальто. К его удивлению, на одежде не осталось ни единого следа страшной аварии. Пальто прямо как новое. Да и рубашка со штанами ослепительно белые, как снег на вершинах Альп.
Ангел поднял с травы пальто и ступил на тропинку, вымощенную гладким морским камнем.
Ему предстояла дальняя дорога…
Аманда Рэй, писательница-романистка, закончила цитировать свою книгу.
Стоя за деревянной кафедрой и старательно придерживая рукой микрофон – в чем не было надобности, так как он был хорошо закреплен, – молодая женщина окинула взглядом замершую аудиторию, и улыбка заиграла на ее губах.
Она могла улыбаться, могла выглядеть счастливой, могла смеяться и шутить, но очень внимательный человек разглядел бы, что из прекрасных глаз Аманды Рэй еще не совсем ушла привычная боль и время от времени, совсем некстати, их блеск приглушает пепельная дымка тоски…
Итак, Аманда улыбнулась и окинула взглядом небольшой конференц-зал, в котором собралось человек пятьдесят, не считая фотографов, толпившихся вдоль стены и у входной двери.
В этот момент она чувствовала себя прекрасно, она чувствовала себя состоявшимся писателем, а главное – женщиной, которой восхищаются мужчины.
Короткие, слегка вьющиеся черные волосы; очаровательная улыбка с переливающимся на губах розовым блеском; длинные, пушистые от природы ресницы, которые делают ее карие глаза еще выразительней. Аманда Рэй… маленькая девочка с бурными фантазиями, жаждущая любви и ласки, в облике двадцатипятилетней женщины с тяжелым прошлым…
Она поправила широкополую шляпку и показала взглядом Нэнси, своему менеджеру и доброму другу, что готова отвечать на вопросы.
– Лора Крифф. Журнал «Новая жизнь», – представилась женщина лет сорока в строгом костюме, больше походившем на мужской, с тонким галстуком цвета фуксии. – Аманда, скажите, сюжет романа «По тропинке в Рай» как-то пересекается с вашей биографией? Если да, то в каких именно эпизодах…
Аманда опустила глаза и на миг задумалась, вспоминая свою прошлую жизнь…
На улице было пасмурно, серо и уныло. День подходил к концу. Вечерело. Чуть позже поднялся отрывистый ветер и закружил в безумном танце опавшую желтую листву на тротуарах. Осень… Безмолвная, печальная и вечно плачущая. Скучно, тоскливо… Скорее бы на голых искривленных ветвях появились белые пушистые шапки. Но сейчас только еще сентябрь… До снега далеко.
Аманда подняла воротник лаковой куртки и прибавила шагу. Пройдя через арку, под которой эхом раздался цокот ее высоких каблуков, она вышла к дороге и с облегчением вздохнула.
Супермаркет. Наконец-то!
Она не знала, где в ее районе находятся аптека, круглосуточный магазин, полицейский участок. Переехав в Роудстон сегодня утром, Аманда еще не успела изучить окрестности. Только вокзал, съемная квартира, которую ей предоставила хорошая знакомая отца, и теперь этот супермаркет…
Никогда, Аманда, слышишь, никогда ты больше не будешь смотреть канал Майкла Би «Кулинарный вопрос» в то время, когда нежишься в теплой постельке, когда в холодильнике нет продуктов и когда, черт подери, такая мерзкая погода! – Ругая себя, Аманда перебежала дорогу и остановилась у зеркальной витрины магазина.
Убедившись, что ветер не успел слишком сильно растрепать ее длинные черные локоны, девушка вошла в супермаркет.
Как только она оказалась в теплом помещении, на нее сразу же обрушился поток звуков – человеческие голоса, музыка, доносящаяся из огромных колонок, расставленных повсюду, треск кассовых аппаратов…