– Но ведь многие и сами не знают, чего хотят, – пробормотал я и подумал, что продолжать расспросы надо бы в присутствии свидетелей – хотя бы Серёги. Иначе мне придётся доказывать, что моя крыша на месте и предъявлять доказательства. А что я предъявлю? Нет, надо менять тему. – Слушай… Послушай, а почему ты – Сара, да ещё и Моисеевна? С виду славянка чистых кровей – и без очков видно!
– А зачем ты очки носишь? Попробуй без них – ещё один эксперимент получится.
– Как это…
– Пробуй, пробуй!
Очки я снял, стал озираться и щуриться во все стороны:
– Слишком много диоптрий, аккомодация не срабатывает!
– И не надо, – сказала Сара, – тут психология срабатывает. Дай сюда!
Раньше, чем я успел что-то сообразить, очки оказались у неё в руках. А ещё через секунду стёкол в них уже не было. Подлость такого коварства показалась мне просто запредельной:
– Ты что сделала?! Как же я теперь?!
– А никак, – пожала женщина загорелыми плечами. – Либо оклемаешься, либо слепеньким будешь ходить.
«Б…ь!» – в панике подумал я, а она меж тем невозмутимо продолжала:
– Я так понимаю, что ты попал сюда не один.
– Это почему же ты так понимаешь? – спросил я «на автомате», пытаясь сдержать гнев отчаяния.
– Потому что прискакал к нам казачок – мордашка вся в крови, – начала объяснять Сара. – Какие-то, говорит, новенькие появились и людей побили – кого насмерть, а кого изувечили. Только он, дескать, один и вырвался! Это ты в одиночку казачков оприходовал? С твоими-то диоптриями!
– Так я ж на ощупь бью, а так же на звук и на запах.
– А если серьёзно?
– А если серьёзно… – я попытался сосредоточиться и взять себя в руки. – Ты можешь сначала объяснить мне, кто такие вы и что такое эти казачки? Они – ваши люди? Или вы ихние?
– Щас! – возмутилась было туземка. – Впрочем, вопрос резонный… Понимаешь, мне кажется, что сюда попадают в основном люди с каким-нибудь бзиком. Вот у нас, – она повела рукой в сторону всадниц, – все были чокнутые на лошадях. И оказались в условиях, когда с лошадьми можно возиться сколько хочешь. Ты наверняка уже познакомился с рыбаками – они ж тут рядом.
– Мужики были сдвинуты на рыбалке, – подхватил я. – И оказались в условиях…
– Правильно! А есть тут компания, которая там азартно играла в казаков. Ну, типа возрождение казачества, внуки-правнуки, шашки-лампасы и так далее. Вот и доигрались – оказались там, где играть можно во что хочешь. Ну, они и скучковались по интересу. Правда, многие и лошадей-то живых только здесь увидели. Мы, помнится, их ездить учили. А вообще, они не наши, они сами по себе. Многим девчонкам, конечно, хочется мужичка, но эти какие-то уж очень недоделанные. Да они и сами нас опасаются – не любят, когда над ними смеются. Хотя, конечно, изредка и грех бывает – как говорится, матка зовёт! Так что же тут у вас случилось?
– Скажу не тая, – усмехнулся я. – Авось тайн не выдам. Мы с приятелем попали сюда не по бзику, а в результате игр с малознакомым и загадочным прибором. Но это полбеды. А другая половина беды в том, что вместе с нами переместились ни в чём не повинные сосед и его приятель. Это довольно своеобразные люди – я тебя с ними познакомлю. Так вот: пока мы сидели и чесали репы, как отсюда выбраться, появились эти ваши казаки.
– Они не наши!
– Извини, я хотел сказать «местные». Наверное, они решили потренироваться, или, может быть, остроумно пошутить. Представь себе ощущения, когда на тебя с топотом и свистом, с шашками наголо мчатся какие-то дяденьки. И это в почти незнакомом месте, где чёрт его знает, какие законы и правила. В общем, пришлось дать отпор.
– Сколько их было?
– Шесть штук.
– Вы, значит, вчетвером пешие-безоружные против шести конных с шашками?! – усомнилась Сара.
– Нет, на самом деле с нашей стороны активных участников было меньше, – сказал я, честно глядя ей в глаза. Сара окинула взглядом мою стать и проговорила:
– Да уж, конечно… Трупов много?
– Вроде все живы. Переломы, вывихи, сотрясения мозга… И две лошади сильно покалечились. Пришлось их того… – кивнул я в сторону места недавнего побоища.
– А вот это вы зря! – вскинулась Сара. – Надо было нас дождаться!
– Кто ж знал?! А смотреть, как они мучаются…
– Ладно, проехали… – вздохнула она. – Что делать будем?
– Не знаю, – честно признался я.
– Надо полагать, твои люди где-то тут спрятались вместе с пленными и к обороне готовятся, да?
– Примерно так, да, – пришлось мне признать.
Сара немного подумала и изложила свой план:
– Давай вот что сделаем: отправим к ним Таньку – она медик, и аптечка у неё есть. Пусть посмотрит на этих увечных и, может быть, первую помощь окажет. А потом девушек я отправлю домой и скажу, чтоб они к казакам заехали и передали, что раненых можно забрать.
Я поднял удивлённо бровь, и она меня поняла:
– Не бойся – я с вами останусь. Как заложница. Чтобы вы тут ещё чего-нибудь не натворили.
– Это другая песня, – почти обрадовался я. – Тогда зови эту Татьяну, а лошадюгу свою кому-нибудь отдай!
– Наверное, сама соображу, а?
