Сможет ли она ради близкого человека сделать шаг по ту сторону черты, откуда ей нет обратного пути? Сможет ли выжить в настоящем кошмаре и не сломаться?
Говорят, что жизнь всегда воздает по заслугам. За каждый наш сделанный в определенную сторону шаг можно получить либо награду, либо наказание. Что судьба бывает порой очень коварна, и с ней играть не стоит. Ее удары невозможно вытерпеть, стоит лишь смириться и попытаться двигаться дальше. Да только так лишь слабаки рассуждают. Те, что прогибаются, не желая ничего менять в своей судьбе. Те, что плывут по течению, не смея смотреть по сторонам. Я же не из их числа. Моя судьба лишь в моих руках.
Сам ее вершу, ни на кого не надеясь. Сам решаю, какой может быть моя жизнь, от которой получаю лишь великолепные подарки. Порой заплатив высокую цену далеко не деньгами. Но ведь это того стоит. Быть тем, кто ничего не боится в этой жизни. Делает лишь то, что ему угодно, выгодно. Следуя своим порой низменным желаниям, удовлетворение которым все же находишь. Даже очень радикальными, опасными способами. Некоторых такие методы могут испугать, смутить, другие же просто глаза на это закроют, словно так и должно быть. Ведь знания о происходящем могут сильно навредить.
Тут не бывает второго варианта. Если ты входишь в этот опасный, жестокий мир, переступаешь черту, то будь готов принять особые правила, которым необходимо следовать. В противном же случае дорого поплатишься за любую оплошность. Серьезная ошибка станет твоим билетом туда, откуда уже не возвращаются. Это будет означать конец всему, что ты когда-либо делал. Конечно если не внесешь особую плату, которая заинтересует больше всего. Возможно это подобно сделке с самим дьяволом. Только вместо кровавой подписи внизу страницы стоит лишь поставить свою фамилию ручкой. Дать что-то, чтобы твоя жизнь не пострадала. Чтобы ты и дальше мог существовать.
Опустошенный, несчастный, но все же живой с особыми напоминаниями о том дне, когда ты согласился на сделку с богатым бизнесменом Сан-Пауло Родриго Морейра. То есть со мной. Эгоистичным, циничным, крайне жестоким человеком. Что думает лишь о себе, о своих желаниях, ищет выгоду в любой ситуации. Если придется уничтожить кого-то, кто стоит на моем пути, я это сделаю. Не послушаю мольбу о пощаде, закрою глаза на слезы. Все это меня не трогает. Даже никакой жалости в сердце не вызывает. Оно же у меня давно каменным стало, в лед превратилось. Простые человеческие чувства отключены, их не существует. Что вполне устраивает вот уже много лет.
Изменить все это никто не может. Пусть и не пытается. Так как это равносильно угрозам, что сыпятся в мой адрес. Страдания сильные получит человек, совершивший подобную глупость. Понадеявшись, что это хоть как-то меня смягчит, сделает более человечным, милосердным. Избавит от той тьмы, что внутри меня поселилась. От тех демонов, что питаются страхами, неудачами, болью других людей. Требуют очередную дозу, которую в скором времени обязательно получат.
Так как жертва для них уже найдена. Стоит прямо напротив меня в окружении двух охранников со слезами в глазах. В уголке правой губы течет маленькая струйка крови. Левая щека в ссадинах. Даже синяк начинает проступать. Должно быть парни немного остудили его пыл, раз этой мужик сейчас в таком состоянии. Слабый, безвольный, пойманный на серьезной ошибке.
— Гектор. — От звука своего имени он резко дергается словно уже готов получить прямо здесь свое наказание. Да только на него у меня совсем другие планы. — Рад, что ты посетил мой дом. — Откидываюсь на спинку кожаного кресла, издевательски улыбаясь при виде его запуганного лица. — Как добрался? Ничего по дороге не произошло?
— Твои лакеи, — с трудом проговаривает, прижав руку к грудной клетке. — вытащили меня из машины, начав избивать прямо на обочине. Сломали мне несколько ребер. Мне нужно в больницу. — Жалкий, глупый мужик. Пусть скажет «спасибо», что его там не застрелили. Телохранители милосердие проявили к нему, всего лишь нанеся пару ударов.
— Это же обычная мера предосторожности. Чтобы ты не сбежал раньше времени из города, Гектор. — Резко выпрямляюсь, встаю на ноги и, обойдя стол, подхожу к невысокому мужчине, который тут же делает несколько шагов назад. Знает же, ублюдок, что я могу с ним сделать. Боится меня. — Откуда в тебе столько страха, Керкленд? Неужели собственная шкура так тебе дорога? — Достаю из кармана пачку сигарет и зажигалку. — Ведь всего лишь несколько дней назад ты не переживал ни о чем. Сейчас же…
Зажимаю сигарету между зубов и, чиркнув зажигалкой, легко ее прикуриваю. Убираю все обратно в карман и делаю долгожданную затяжку. Потом еще одну и еще. Пока не чувствую, как легкие все больше насыщаются табачным дымом.
