– Как вы могли такое подумать?! – надул губы сыщик. – Мне нужен всего лишь справочник.
– Вот как? – искренне заинтересовался человек с волевым подбородком. – Какой именно? «Современные яды от А до Я»? «Взрывчатые вещества для начинающих»? «Я купил пистолет – что дальше»?
– А что, у вас есть и такие?
– Так-так-так-та-ак, голубчик! Вот я вас и раскусил! – торжествующе захохотал собеседник. – Вызывать полицию или просто надавать вам по шее рукояткой браунинга?
– Так это браунинг?! – легонько подпрыгнул Брок. – Дайте посмотреть!
– Только отдайте потом, – сказал польщенный мужчина и отнял ствол ото лба сыщика. Но тут же спохватился и вернул его на место, больно ткнув при этом Брока.
– Ай! – сказал тот. – Зачем тыкать-то?
– По-моему, я ни разу вам не «тыкнул».
– А по-моему, вы просто скупердяй, – засопел сыщик. – Браунинга ему жалко для коллеги… Не навсегда же, посмотреть только просил… Ладно, дайте мне справочник по кранам, и я пошел.
– По… чему справочник? – открыл рот владелец редкого оружия.
Брок тоже начал раскрывать рот, чтобы достойно ответить не оправдавшему первое впечатление собеседнику, но тут в его спину деликатно постучали:
– Олег Константинович, не могли бы вы пройти чуточку вперед? А то мы с Сашенькой замерзли.
– Хорошо, – в унисон ответили стоящие друг против друга собеседники и шагнули. Как их и просили – вперед. А поскольку «вперед» – понятие относительное, то результат этой самой относительности не замедлил сказаться. Ствол пистолета соскользнул с выпуклого лба Брока, оставив заметную царапину, но сыщик даже не успел вскрикнуть от этой боли, поскольку в следующее мгновение пришлось закричать благодаря боли другой – от впечатывания в то же самое место – как пишут в полицейских протоколах – твердого тупого предмета, коим оказался лоб сероглазого жадины. Впрочем, крикнули они тоже в унисон и одинаковыми движениями принялись потирать ушибленные места.
В результате данного инцидента проход в офис несколько освободился, и Мирон, а следом за ним и Сашенька бочком протиснулись внутрь. Мужчина с браунингом первым заметил юношу. Его серые глаза округлились, и он даже забыл на время о полученной травме.
– Как ты вовремя, мой друг! Видишь, что тут у нас творится?
– Да я… – начал Мирон, но тут из-за его спины выглянула Сашенька, и глаза господина с волевым подбородком стали не только круглыми, но и огромными.
– Мадемуазель! Пардон, так сказать!.. Вы ко мне?
– Хи-хи… – ответила девушка, хлопая длинными ресницами. Судя по всему, вырвавшееся восклицание было вызвано отнюдь не разыгравшимся весельем. Больше всего это походило на нервный срыв.
– Но-но!.. – Брок тоже оставил в покое начавшую набухать шишку. – Какая это вам мадема… мудему… В смысле, а ну-ка, того!.. Смотри мне! Ишь!..
– Мирон Игоревич, – нахмурился сероглазый. – Раз уж вы тут, займитесь этим господином. Угомоните его, вызовите полицию, то-сё… Короче говоря, работайте. Видите, у меня клиентка.
– Олег Константинович, это не клиентка, – снял очки Мирон. – Она со мной. И… – тут юноша нервно сглотнул, – этот господин – тоже.
– В каком смысле? Ты хочешь сказать, что вы – одна банда? Так вот почему ты пропал… Так-так-так-та-ак… – Мужчина стал медленно пятиться, вновь подняв одной рукой пистолет, а другой стал шарить позади себя, скорее всего в поисках телефона.
– Да как вы могли подумать такое? – воскликнул парень. Его губы мелко задрожали, а волосы, казалось, стали еще лохматей. Может быть, попытались встать дыбом от возмущения. – Я бы никогда такое… против вас… Да вы посмотрите внимательно, кто это! – махнул он рукой на Брока.
– Я уже смотрел, – буркнул человек с пистолетом, продолжая пятиться. – Более отвратительной рожи я еще не встречал, должен заметить.
– А в зеркале? – спросила вдруг Сашенька, которая до сих пор выглядела неважно. Во всяком случае, она так и продолжала моргать. Часто-часто, словно собиралась взлететь на своих длинных красивых ресницах.
– Ай-ай-ай, такая красивая девушка, и такое плохое воспитание, – голосом полным искреннего сожаления произнес господин с серыми глазами. Но машинально он все-таки глянул в зеркало с овальной рамой, висевшее на стене напротив. Браунинг в его руке дрогнул и мгновенно нацелился в отражение. – Стоять! Стреляю без предупреждения!
– Он идиот? – спросил Брок у Мирона. – Что вообще больной человек делает в нашем офисе? Это сторож, что ли?..
– Это ты, папа, – ответила вместо Мирона Сашенька. Теперь, посмотрев на отца, она стала моргать чуть реже.
– Я знаю, что это я, – нахмурился сыщик. – А этот – кто? Давать в руки психу оружие – это, знаете ли!.. Давай-ка, Мирон, на раз-два-три, – шепнул он парню. – Скрутим его по-быстренькому. А ты, Сашенька, вышла бы пока, пальнет еще сдуру-то…
– Я попросил бы вас замолчать, – пробормотал ставший несколько странным мужчина. Нацеленный в зеркало браунинг прыгал в его руке, а обезумевшие глаза тоже прыгали – с собственного отражения на Брока и обратно. – Кто вы такой? Мирон, кто он такой? Чего он такой-то, а? Вон такой, – шевельнул он стволом пистолета. – Пусть он туда и… того…
