Мы умышленно не называли это событие. Мы умышленно избегали этого слова, будто произнеся его, мы бы разрушили волшебство красивой легенды. Все люди одинаково боятся этого события, потому и рождались эти странные верования.
— Высшие силы милосердны, — шепнула девушка, — я верю, что они не будут жестоки к нам…
Зори уже волок к постели целый поднос с едой. На пороге топтался заспанный доктор, а за его спиной маячил хмурый Эван. Мне не хотелось уже ничего. Не хотелось бороться, воевать, выслеживать. Мы бегали по кругу, постоянно уступая неведомой силе. Да и стоит ли этот мир того, чтобы спасать его? Эти люди, равнодушные к чужой боли? Те, кто с легкостью изгоняет из общества всех неугодных…
— Ты ни в чем не виновата, — прозвучал над ухом голос Эвана.
— Ага, повторяй чаще, тогда и сам в это поверишь, — прошипела я и зашагала вниз по лестнице.
Хотелось сбежать. Куда- нибудь, где я не буду вспоминать все пережитое безумие. Вернуться в ту жизнь, где я была простой неудачницей без работы и семьи. Просто доживать свои дни. Ступеньки на крыльце были холодными, но я все равно уселась на них, тупо глядя на мелкие камешки гравия под ногами.
Эван молча сел рядом, просто обнял за плечи, ни говоря ни слова. Он то немногое, за что я была благодарна судьбе. Он, Зори… Каэл? Но, этот мир не заслуживает того, чтобы за него так бороться.
— Ненавижу, — прорычала я, глядя в пустоту.
— Кого на этот раз?
— Всех! Весь этот проклятый мир!
— Растешь, твои интересы ширятся, — с иронией фыркнул Эван, — ранее ты направляла свой гнев только на инквизицию.
Мы продолжали молча сидеть на ступеньках дома, наблюдая, как первые солнечные лучи робко заползают на территорию полусонного парка. Меня все еще трясло, и я крепче прижималась к Эвану. Этот мир был помойкой, но все же, было то, ради чего стоило за него побороться. И может быть, моя никчемная жизнь все же будет чего-то стоить, если я верну этот мир Эвану и Каэлу, чтобы они смогли жить счастливо. И Зори. Он заслужил счастья. В этом поганом мире было то, что я не готова была отдать.
— Нужно снять печать, — шепнула я, глядя в пустоту.
— Знаю, — без энтузиазма вздохнул Эван.
В утренней тишине излишне громко прозвучал звон кристалла- переговорника. Эван приложил к нему руку, активируя.
— Слушаю, Джас, — устало произнес инквизитор. — Порадуешь?
— Шеф, — уныло произнес голос Джаспера, — у нас еще две смерти.
— Тоесть они просто сидели в парке и эта тварь напала? — угрюмо уточнил Эван, присаживаясь на корточки рядом с растерзанным телом.
Нищенка. Она обосновалась на ночь на одной из скамеек в парке. Весна, тепло, что еще нужно бездомному, у которого из всех богатств только кружка для подаяний да дырявый шарф. Друг нищенки нашелся чуть дальше. Слепой старик с клюкой, которому женщина была поводырем.
Я отвернулась, разглядывая краснеющий горизонт. Пахло сыростью и кровью. Мне очень хотелось поймать этого Майка и оторвать его бестолковую голову. И плевать, что он одержим нечистью. Плевать на его душевную рану и чувство вины. Он, походя, разрушал мир, лишая жизней людей. И уверенно шел дальше, поддаваясь тьме. Чем дольше я «варилась» в этом кошмаре, тем меньше у меня было сострадания к артефактору и его отцу. Ведь тот покрывал сына. Я была уверена, что профессор знал о его одержимости.
— Его видел смотритель парка, — произнес Джаспер, шмыгая носом.
Он зябко кутался в свой твидовый пиджак, то бледнея, то зеленея глядя на трупы. Манои водил руками возле какого-то кристалла, еще несколько инквизиторов стояли в отдалении, охраняя территорию.
— Итак, горгулья, размером с медведя, — поднимаясь, выдохнул Эван, — материализовалась из воздуха и загрызла двух бродяг.
А потом метаморф обернулся ко мне. Я только пожала плечами. Я ничего не ощущала, кроме мерзкого жжения печати. Как всегда в момент душевного диссонанса, сила начинала бурлить во мне, требуя выхода. Я давно привыкла ощущать себя бутылкой шипучки, которую сильно потрясли и оставили для злого розыгрыша.
— И смотритель сразу вызвал нас. А я вас, — добавил Джаспер.
— Ты сказал два трупа, — рыкнул инквизитор, — но не уточнил как они умерли… А стоило уточнить…
Эван продолжал вглядываться во тьму парка, словно среди древесных стволов спрятался ответ на мучивший его вопрос. Я не сразу поняла, что произошло, когда Эван плавно переместился ближе ко мне, пряча за своей спиной. В его ладони тускло заблестел силовой шар, группируя магическую силу.
— Сэр? — Джаспер насторожился.
Манои шустро перебежал подальше от зарослей и ближе к начальству.
— От убийства до телепортации прошло не больше десяти минут, — рыкнул Эван, — и оно еще здесь!
— Я сканировал! — обиделся эльф, — ни магии, ни органики. — Оно истаяло!
— Оно не магия и не органика, но оно хищное, — оскалился инквизитор. — Это зверь, выброшенный в неизвестной местности. И оно затаилось там…
— Точно? — пискнула я.
— Я бы затаился, — шикнули мне в ответ. — Уйди подальше…
