Девушка молча ввела вещество мне в шею, и я почувствовала неприятный зуд. Стиснув зубы, я стала ждать, надеясь на то, что эта штука не заставит меня говорить правду. Я слышала, подобную сыворотку очень трудно изготовить, и немногие в Объединениях берутся за нее. Но кто знает? Я была готова к пыткам, к физической боли (конечно, нет, я боялась до звона в ушах), но никак не ожидала, что ко мне полезут в голову.
Ранко вдруг поднялся и не спеша вышел из комнаты, оставив меня в полном недоумении.
Долгое время ничего не происходило, я просто лежала и смотрела в потолок. Но потом все изменилось, вещество заработало, и я заглянула в свои худшие кошмары. Это было похоже на галлюцинации, что мы с Двэйном видели на складе в Цветном городке. Реалистичные до жути, стирающие грань между реальным и вымышленным, заставляющие верить во все, что происходит вокруг. Только на этот раз галлюцинации длились дольше, и рядом не было старшего.
День за днем галлюцинации, иллюзии сменяли друг друга. Часами я смотрела на то, как погибают мои близкие, как их разрывают волки, прежде чем броситься на меня. Как Ли тонет в болоте, как Убийца догоняет Мисс, как ломается шея Двэйна на туго натянутой веревке. Ни белых стен, ни потолка, ни даже Ранко – ничего, что могло бы напомнить: это все ложь. Поначалу мой разум еще пытался сопротивляться, не давая верить глазам, но спустя какое-то время я уже не могла разобрать, нахожусь ли я все еще в палате, или прошло уже много дней, и мне снова удалось сбежать в Пустошь. Мне казалось, что я проживала одну реальную жизнь за другой, в конце которой и меня ожидала смерть. Все тело болело от несуществующих ран. С меня сняли наручники и, приходя в сознание, я частенько обнаруживала себя валяющейся на полу с мокрым от рыдания лицом, охрипшим голосом и кровавыми царапинами, которые я поставила сама себе. Иногда я могла очнуться в собственной рвоте, забившись под кровать, иногда я понимала, что бормочу что-то вслух, и очень боялась узнать, что именно. А Ранко тем временем приходил, ждал, когда мне введут лекарство, уходил и возвращался, только когда все заканчивалось. Он ничего не спрашивал, а только повторял: «Все уже закончилось, Алиса, все закончилось. Пока я здесь, ничто тебя не потревожит».
Снова уходил, и я засыпала, продолжая видеть кошмары даже во сне, а потом возвращался, и все начиналось сначала. Почему он так поступал и почему молчал, я не понимала. Наверное, ждал момента, когда я полностью лишусь рассудка. Я даже была готова к этому. Не знаю, как мне удалось выдержать, и никогда этого не пойму, но каждый раз, когда я приходила в себя, в голове стучала мысль: мои друзья потерялись где-то за морем, им нужна помощь, я не могу оставить их и не могу оставить Сэм и ша. А еще я хотела жить. Даже когда смерть казалась избавлением от боли, я хотела выжить. Я возненавидела эту комнату и этого человека, и эти дни мне никогда не удастся стереть из памяти, но я все-таки не сдалась.
– Знаешь, я решил, что пора это закончить, – сухо произнес Ранко в один из дней, но я была слишком обессилена, чтобы радоваться. – К сожалению, грандиозных успехов мы так и не достигли, но все-таки мне удалось кое-что разобрать в твоих бормотаниях. – Я напряглась. – Всего несколько слов: Тьма, берег, буря, метка и флешка. Еще несколько имен, но они и так нам давно известны. Но вот «флешка» меня заинтересовала. Что на ней?
Я в ужасе замерла. Как я могла про нее забыть? Последнее, что помню, так это то, как забираю ее из выемки в панели и прячу в карман. Где она?
– Не знаю, не помню, – прохрипела я.
Ранко покачал головой, поднялся со стула и присел рядом со мной на кровати. От его близости меня затошнило.
– Пока я позволю тебе думать, что ты потеряла память, у меня больше нет времени возиться, да и советник решил, что на данный момент твои знания не так важны. Но потом я лишу тебя этого права.
Он ушел, и я расплакалась. Неужели это закончилось? Тебя сожрет Пустошь, Ранко, вот увидишь, она уничтожит тебя! Если же нет, то это сделаю я сама. Но флешка… куда она могла деться? Мне нужно увидеться с Кристиной, пока это не сделал кто-нибудь другой.
– Здравствуй, Алиса! Меня зовут Дарио Моррети, и я – первый советник девятого Объединения.
Я бестактно оглядела его с головы до ног: загорелое лицо, черные густые волосы, зачесанные назад, крепкое телосложение под элегантной одеждой и располагающая к себе улыбка. Он вызывал доверие, от него будто исходил усыпляющий бдительность дурман, казалось, ему можно рассказать любой свой секрет. Идеальная кандидатура на эту должность.
– Вы неважно выглядите, все еще не оправились после ранения?
