По ту сторону обычного полностью

Улов был знатным. Весла равномерно опускались и поднимались, оставляя за собой легкие водовороты. Весело журчала вода за кормой, лодка уверенно шла к берегу. Впереди у Степана были несколько дней напряженной работы. Сегодня он выгрузит рыбу в самодельный холодильник, а наутро займется обработкой. Рыбу надо почистить, выпотрошить, часть развесить сушиться, часть закоптить, часть уложить в бочонки, пересыпав солью. Когда все будет готово Степан погрузит товар в грузовичок и повезет в город. А сегодня можно немного отдохнуть. Степан, невысокий и крепкий, жил в этом рыбацком домике уже почти полтора десятка лет. Оказался он здесь после развода с женой. Людмила, артистичная красавица с беззаботным характером, частенько гастролировала с театром. И вот однажды Степан получил не телеграмму с датой возвращения, а письмо с документами о разводе. Удар был неожиданным. Немного оправившись, Степан подписал документы. Людмилу он боготворил, отдавал ей всю душу, носил на руках. Вот и сейчас не стал мешать, рассудив, что если уж она так решила, то, видимо, ей так будет лучше. Отпустил. Хоть и переживал страшно. Руки опустились, работа не ладилась, мыслей не было. Слабым человеком Степан не был, но потеря подкосила его. Он запил. Запил страшно, беспробудно. В итоге потерял все – престижную работу, квартиру, друзей. Даже самые верные из них потеряли надежду и отошли в сторону. Осталась только древнючая "Волга", да и то лишь потому, что никто не хотел связываться с такой рухлядью. Вопреки всему машина была еще на ходу, и в один сумрачный день Степан, отчаявшись, заправил полный бак, накатил стакан и, решив "будь что будет", поехал куда глаза глядят. Как ехал, куда, где – он не помнил. Как не попался гаишникам, как никуда не врезался, ведает лишь Ангел-хранитель.

Очнулся Степан от холода. Двигатель заглох, капот уткнулся в сугроб, задние колеса висели в воздухе. С трудом выкарабкавшись из машины, Степан увидел небольшой бревенчатый домик. Это и была та самая рыбацкая хижина, в которой нашлось немного дров и вяленой рыбы. Хмель медленно улетучивался, мысли прояснялись. Степан растопил печь, подкрепился рыбиной. Задумался. Вытащить машину в одиночку было нереально. Да и дороги-то не было. Чистое поле, лес, река да избушка. Видно, Ангелу-хранителю надоело бесконечно спасать этого пьяницу, он и забросил машину подальше от людей и дорог. Но все-таки позаботился и обеспечил теплом и пищей на первое время. Степан потихоньку пришел в себя, осмотрелся. Обнаружил во дворе довольно крепкую лодку, подлатал ее как сумел, да и начал рыбачить. Со временем наловчился, научился коптить и вялить рыбу, солить в бочонках. К весне удалось и машину вызволить, начал возить улов в ближайший городок. Да так и обосновался в хижине, обжился. С потерей жены смирился, переболел, стал жить дальше. Вот и сегодня богатый улов, сделает много запасов, отвезет в город, пообщается с народом. Настроение было хорошее, Степан тихонько насвистывал какую-то песенку. Одно только беспокоило рыбака. Стало чудиться ему, будто кто-то зовет его из-под воды по имени. Тихо так, ласково, печально даже. Но очень настойчиво. Степан помнил, как в далеком детстве бабушка читала ему сказки. Было в них и про русалок. Да только не верил мальчик в эту нечисть, сказки они и есть сказки. А тут вдруг голос этот. Сначала не придавал значения, думал, вода так на перекатах журчит затейливо, да ветер подвывает. Но уж больно часто стал голос слышаться, все явственнее звал по имени. "Степааан… иди ко мнееее..... я жду тебяаааа…"  Жалобно так, заунывно… Да не слушал Степан, громче насвистывал, сильнее греб. Дело надо делать, не до мистики всякой. Три дня напряженной работы на берегу выветрили голос из головы, Степану нравилось его дело. Видавший виды грузовичок отвез приготовленный улов в городок, рыбак удовлетворенно насвистывал, вращая баранку.