Перу Владимира Ноговицына принадлежат два десятка книг (поэзия, проза, краеведение). А также публикации в коллективных и персональных книжных изданиях, выпущенных в Архангельске, Вологде, Москве, Котласе, Вельске, Мезени, Санкт-Петербурге, Тарнуве (Польша)…Новая книга «По ту сторону реки» – логическое продолжение сборника «Мимоходом. Дневник наблюдений», увидевшего свет в 2012 году в московском издательском доме «Сказочная дорога».По существу, это дневниковые записи, сделанные на протяжении ряда лет.
Владимир Ноговицын родился в 1962 г. в Коряжме Архангельской области. Часть детства провёл в Белгородской области (город Грайворон). Срочную службу проходил в погранвойсках (Краснознамённый Северо-Западный округ).
Учился в Ленинградском государственном университете на факультете журналистики.
Тридцать пять лет отдано им работе в СМИ (в газетах, в том числе «Пограничник» КСЗПО[1] (г. Ленинград), «Двинская правда» (г. Котлас), «Трудовая Коряжма» и «Коряжемский муниципальный вестник» (г. Коряжма), на радио и ТВ.
Публиковался в советской и российской региональной прессе, в центральных изданиях, не исключая зарубежные, например, в Болгарии, Польше, Швеции…
Появлялись его произведения в журналах и альманахах «Позиция», «Родина Ломоносова», «Белый пароход», «Двина» (Архангельск), «Комсомольская жизнь», «Журналист», «Пограничник», «Рабоче-крестьянский корреспондент», в Интернет-журналах «Парус», «Русское поле» (Москва)…
Его стихи звучали в программах Архангельского областного радио и ТВ, по «Радио России». Переводились на польский, шведский, азербайджанский языки.
С 1997 года – член Союза писателей России.
Всё, что будет дальше, найдено в пути.
Оно пришло в дороге либо за письменным столом – в общем-то, как следствие того увиденного и переоценённого.
Не хотелось длинно. Хотелось покороче. Чтобы без нарочитой заумности и вымученной, показной искренности.
Сказать, выплеснуть то душевное состояние безо всякой заранее чётко продуманной схемы и заданности.
Ведь не объясняем же мы, почему идёт дождь, опадают листья или зачем снежит. И отчего на небе вспыхивает радуга.
Просто назрела пора.
Срок такой подошёл, наступил.
Вот и такие мысли пришли однажды в голову, а затем прочно легли на бумагу.
И так ли важно: прозой? стихами? Так ли нужно объяснять, почему они появились?
Просто возникла потребность высказаться. Сначала самому себе, затем, чтобы услышали другие люди.
Даже не услышали, нет, не так вовсе, а чтобы поняли, прониклись твоими мыслями. Или хотя бы попытались проникнуться ими.
Взгляд этот – не проходной, не зряшный. Наверное, к нему что-то вело и подталкивало. Возможно, предыдущие годы. Вероятно, новые впечатления. Или их осмысление. Или переживания с тревогами. Или внезапные потери и обретения. Муки и радости, короче говоря.
Представилась река. Не конкретная, честь по чести отмеченная на географической карте, с реальным названием. С берегами: высокими или отлогими, в россыпи гальки или песка, либо в камышовых порослях. Большая, маленькая… Разве это имеет сейчас значение?
Река – место нахождения, его граничье. И прошлое, да, наверное, и будущее осталось и остаётся на том берегу.
По ту сторону реки!
Всё оно перед вами.
Я перед вами.
Здесь.
Как на духу.
Как на кромке той и этой жизни.
…Ещё высок берег. Ещё видна с него даль необъятная. Родимые края видны. И многое видится и переосмысливается. Не как итог, а как продолжение жизни.
Время подведения окончательных итогов не настало. Но что-то знаковое есть в этой красивой цифре – «55»! Будто она спрашивает: что успелось, смоглось, случилось? Большой промежуток жизни остаётся в прошлом. А в нём – радости и грусти, тяжёлые потери, заметные приобретения, встречи в пути… Разное.
Это время включило в себя журналистскую работу, писательство, но всё же оставило некую неудовлетворённость собою: не так сказано, не то попало на бумажный лист и закрепилось на нём…
Иногда восторженность заменяется на желание разобраться в чём-то – глубже, обстоятельнее. Пристальнее. Но главное в том, что старался оставаться самим собою – в разных обстоятельствах…
А главное – не скатиться, не сгадиться, не осволочиться… А стихи – они, скорее всего, для круга единомышленников (для них мы, пожалуй, и пишем!), чутких понимателей. Мне повезло на таких – у себя на родине, в Архангельском краю, и в Белогорье, на Вологодчине, где иногда бываю, даже в не менее притягательной Польше…
Хорошие люди поддерживали и помогали, плохие – наоборот. Но… тоже не давали опускать руки, что-то доказывать, к чему-то стремиться.
Не выходит из головы фраза коряжемской журналистки (она и стихи писала) Нины Васильевны Волковой (Ремизовой): «Помни тётку Нинку! Я всегда была за тебя!» Помню, не забываю. С той памятливостью и продолжаю жить.
