Переводя на простой язык – дамы мне всегда завидовали, и я, стараясь вести себя безупречно и достойно выбранной мне роли, только распаляла их раздражение своей «идеальностью». Единственным, по чему можно было бы пройтись, это не самая яркая внешность, но даже это было бы высосанным из пальца. Внешность моя не была броской, как у Теи, но вполне приятной. А при достойном уходе и грамотно подобранном туалете я вполне могла называться красавицей.
Что у нас дальше?
Тея – немного наивная, немного шкодливая, неизменно доброжелательная со всеми. Влюбленная в Атиса с самых юных лет, о чем знало едва ли не все королевство, но вынужденная держать свои чувства при себе из любви к сестре. Она бы никогда не сделала слугам замечания, даже если бы те откровенно плохо справлялись со своей работой. И, что закономерно, за это прислуга ее всегда просто обожала и не забывала рассказывать всем, у кого есть уши, что у них есть две прекрасные госпожи – одна ангел во плоти и чудеснейший человек в мире, а другая станет герцогиней.
Дамы Тею, как ни странно, тоже любили, даже не смотря на то, что она была красавицей. Немного в пику мне, немного из-за ее характера, про который сложно было сказать что-то плохое.
И последний герой представления!
Атис. Вечно холодный и собранный, умный и сдержанный – достойный наследник своего отца и по-настоящему завидна партия. И только ради своей возлюбленной готовый на отчаянные поступки! Очень романтично.
Галатея нравилась дамам, Галатея нравилась джентельменам и, главное, Галатею любил Атис. Его Величество на удивление легко согласился развести нас с Атисом, наш отец чуть не плакал от счастья на их свадьбе, в газетах об этом писали в самых радужных тонах, чтобы не портить репутацию герцогства.
Ставить в неловкое положение нового герцога нельзя, тем более, теперь, когда нашими стараниями открыта граница с Той Стороной, и у подданных не должно быть сомнений в том, что их господа – люди безупречной репутации.
Все это я понять могла. Вот только если меня в этой ситуации официально нельзя пожалеть и назвать жертвой обстоятельств и чужих дурных поступков, то какая роль мне отведена?
Контекст сложился не в мою пользу по всем фронтам, а от возможности над кем-то позлорадствовать люди в принципе никогда не отказывались. И даже все домашние смотрели на меня через призму сравнения с Галатеей и, само собой, не в мою пользу было это сравнение. Просто потому что приятно было думать, что доброй, уступчивой натуре воздалось по заслугам, а высокомерие было наказано. Просто потому что приятно думать, что это – великая любовь, которая прошла через все преграды. И портить сказку как-то не хотелось.
Отец же Галатею всегда любил чуточку больше. Нет, он вовсе меня не ненавидел, просто если уж выбор стоял между мной и ей, то выбор был очевиден. И я это, опять же, вполне могла понять. Я тоже всегда любила Тею больше, чем его. Ласковых котят вообще любят больше, чем тех, что себе на уме. Ласка порождает ласку. И теперь, когда любимая дочь счастлива, только мое недовольство, моя неуступчивость портит идеальную картинку.
Это-то его и раздражает. Он хочет, чтобы я была счастлива, но только не за ее счет. А значит, именно мне нужно пойти на встречу, тем более, что я так удобно – старшая.
По итогу, единственным человеком во всем доме, который ко мне тактично не лез, была моя мачеха, родная мать Галатеи. Она, может, и была рада за дочь и еще побольше, чем все королевство вместе взятое, но на ситуацию смотрела трезво. Так или иначе, но дома мне было дурно.
Так что я выбрала самую дальнюю беседку, до которую добираться через заросли – сущее наказание, и монополизировала ее. Меня обычно тут не беспокоили ничьи взгляды, ничья болтовня. Но только не сегодня.
– Метида, ну что такое! – ворчал отец, переступая через небольшой, заросший заборчик, чтобы не пробираться к калитке, – Спать на улице?! А если ты заболеешь?
– Дни еще теплые, – возразила я, едва сдерживаясь от зевка, – Да и одета я хорошо. Нет причин волноваться.
– До тебя добраться – целое приключение! – фыркнул недовольно он, усаживаясь напротив, – У нас что, больше беседок нет? Ладно, неважно. Милая, я вот о чем с тобой хотел поговорить… – я уже по тону поняла, что предмет разговора мне не понравится, но выражение лица у отца было таким неуступчивым и убежденным в своей правоте, – Уже достаточно времени прошло, не всю жизнь же дуться на весь мир? Ты взрослая женщина, пора уже жить своим домом. А твой статус… разведенной, – он посмотрел на меня так, будто это моя вина, – Очень меня беспокоит. Я очень волнуюсь о твоем будущем, ты же знаешь! Найти теперь тебе мужа – задачка, конечно, не их простых… Знаешь, можно ведь быть чуть мягче и покладистей? Ты же женщина! Конечно, мужчины не торопятся делать предложения, когда бояться, что им за это даже улыбки не подарят. И вся эта ситуация с разводом нам не на руку. Но я все-таки нашел пару кандидатов!
Отец светился гордостью, раскладывая передо мной папки.
– Нет, – отрезала я, даже не заглядывая.
Мужчина стиснул зубы.
– Хотя бы посмотри, будь добра.
