Болтали, смеялись. Утром еле встали. Отправились в институт. Лера опять рисовала пальцами вместо кистей. Этюд в мрачных тонах. Назло всем врагам. Я восхищалась - она гений, хотя она уверяет меня в том, что гений - я. Мы спорим, а впрочем, к черту все это. Мне, наоборот, хотелось нежных цветов и свежести, и я выбрала по душе натюрморт с апельсинами на большом белом блюде, как у Сезанна, и голубыми драпировками на заднем плане. Строила глазки преподавателю. Так, в шутку. Симпатичный, талантливый и не старый. Смущался. Просто хочется чего-то эдакого. Олегу звонить не буду. Он, наверное, меня уже забыл. Стараюсь не думать о том, ...о ком, не стоило бы плакать... И не ждать от него звонка. Как же глупо все закончилось.
На самом деле, сегодня утром Новая жизнь опять куда-то ушла. Ночью она погостила у нас немного, было весело, легко и мечтаемо. А наутро мы ее уже не нашли. И снилось что-то гадкое.
Нужно срочно что-нибудь придумать, отвлечься. В воскресенье проторчала весь день дома. Скажу честно: ревела.
В понедельник решила все же поймать Новую жизнь за хвост. Оделась поярче - красная короткая куртка, серая интересная блузка, черная миниюбка, высокие черные замшевые сапоги на шпильках. Круглые красные серьги в виде колец. Идти пешком не хотелось. Тем более, Новую жизнь лучше иметь с машиной.
Поймала красную "тойоту". Да, перемен хочется очень. Чтобы больше никогда-никогда не думать о том, кто остался воспоминанием в черной рамке, на Дининой кухне, рядом с девушкой в черном.
Смотрю в окно. Хочется нового, захватывающего, чего-то на грани безумия. И аккомпанемент подходящий: "Давай вечером с тобой встретимся..."7. Люблю эту песню. Неприлично пялюсь на водителя. Боже, какая внешность... Черты лица ближе к классическим. Загорелый. Светлые волосы. Модная прическа. Золотая цепочка блестит на руке.
Хорошо, что догадалась надеть короткую юбку. Черт, Сашка, что с тобой? Ты же была вроде как хорошей... А что толку? Хоть кольца у него нет. Что бы такое спросить? Нет, я, правда, будто становлюсь какой-то другой... но... он такой красивый. А одет... а этот браслет... м-м-м... И возраст - как мне нравится, лет тридцать. Не хочу выходить из машины. По крайней мере, выходить навсегда. Так, у меня есть минут двадцать...
- Вы на мне так дыру взглядом протрете, - улыбается он.
Смеюсь.
- Извините. Просто... я рисую... словами. Точнее, я книги пишу. Вы - очень интересный персонаж, образ то есть у вас... вот, думаю, подбираю для своего героя...
- Польщен. Я, кстати, тоже пишу. А как тебя зовут? Ведь два писателя могут перейти на ты?
- Полина, - улыбаюсь. Он тоже.
- Очень приятно. Чудесное имя. Я Эдик.
- О, Эдик - тоже хорошо звучит.
- Спасибо. А о чем ты пишешь?
- Я... о, обо всем на свете... о любви, о художниках - у меня подруга рисует. Фэнтези тоже обожаю... гномы, эльфы там всякие. А ты? И что ты чувствуешь, когда пишешь?
Дома плывут мимо. Образ Артема не успевает за нами, где-то в серой дымке теряется. Так кажется. В это хочется верить.
- Я... - он медлит, - чувствую, что оказываюсь в совершенно другом мире, вместе с героями. И они, ты знаешь, абсолютно настоящие, живые люди, ничем не хуже реальных. Просто живут в параллельной вселенной. А порой кажется, что даже где-то среди нас. Ведь, когда ты не видишь своих друзей, у тебя все равно остается их образ: ты знаешь, какие они, как выглядят, о чем болтают, о чем мечтают. И вот... герои где-то среди них. А мы будто наблюдаем за их жизнью в замочную скважину. А пишу я фантастику.
Мне вдруг становится неловко. Человек на полном серьезе рассказывает о своем занятии, думая, что я его понимаю, что я, как и он, пишу, а я... просто прикалываюсь. Но как-то уже глупо сворачивать назад.
- О, ты так здорово говоришь! Да, я тоже замечала, что мои герои - живые. Я даже с ними иногда советуюсь. А ты все-все выдумываешь, или часть берешь из реальной жизни?
- По-разному бывает... что-то выдумываю, многое, что-то из жизни. В основном создаю креативный микс. Это как, знаешь, когда приходишь в парикмахерскую и тебе делают творческую стрижку с окраской - что-то оставляют, что-то убирают, где-то меняют цвет.
- А, понимаю. Да, я так же. Или когда художник пишет картину, я за ними наблюдала, мне больше всего нравится смесь реализма с импрессионизмом. И в дизайне - тоже. Когда экспрессия, эмоции сочетаются с четкими линиями, узнаваемыми предметами. Будто мечты вплетены в реальность.
- Да, точно. А на Соляной зачем едешь, если не секрет?
- А... к подруге, у них сегодня промежуточный просмотр работ в институте, а я - для моральной поддержки, ну и помочь их все разложить. Заодно посмотреть. Мне нравится. Может, персонажей каких-нибудь еще выбрать, у меня как раз книга о художниках. Про творческую молодежь, вот.
- Здорово! А так чем занимаешься? Кроме книг.
- Я... да так... в основном пишу... еще редактором в журнале работаю.
- А в каком?
- Ой, да... не важно. В небольшом. А ты что делаешь?
- А я па...пока отдыхаю, вот, в Москву собираюсь на недельку. Развеяться.
- О, а когда?
