А она не так проста, как можно подумать. Но я ж теперь умру от любопытства! Или уже от голода. Выбираюсь в коридор в поисках чего-нибудь вкусненького. Хватаю несколько бутербродов с чаем. Затем принимаю душ. О, душевой шкаф с музыкой - прелесть! Затем беру из комнаты нетбук с наушниками, плед и крадусь наверх, помнится, там был хороший диванчик у окна. Все как вымерли. Устраиваюсь поудобнее, включаю любимую музыку и перечитываю написанное за последнее время. Уплываю из комнаты в другой мир... где нет ничего невозможного, закрываю глаза, начинаю печатать, находясь там на месте героини. Нет, я - не она, просто, забредая к ним в гости, порой становлюсь кем-то из героев. Фантастическое ощущение. Я одновременно - и здесь, в этом доме, с этим солнцем, что заглядывает в комнату и отражается от бревенчатых стен. С этим сердцем, переполненным ненужными чувствами. Со всем моим прошлым и будущим. С мокрыми каштановыми волосами. И в то же время я - другая девушка, в других обстоятельствах, месте и с другим характером. Это неописуемо. Это что-то на грани реальности. Будто у меня есть вторая жизнь, и я иногда туда залетаю, отдыхая от первой. Лишь тонкая нить музыки связывает их, делая чувства острее. Это как четвертое измерение в пространстве. Я не понимаю. Да, не понимаю, как остальные могут жить и не писать. Это то же самое, что не мечтать, не влюбляться, не путешествовать, не читать хорошие книги, не смотреть талантливые фильмы, не пробовать вкусное, не плавать в море, не слушать музыку и еще много чего не... Возможно, те, кто обожает свою профессию, так же могут думать относительно нее про остальных людей, и мы просто все разные. Но у каждого должно быть - и есть - что-то свое, что он любит больше всего на свете и что его увлекает. Такое занятие все равно есть, даже если он пока не знает, что это. Проваливаюсь в роман на несколько часов.
...Визг на улице выдергивает в эту жизнь. Смотрю в окно. Вдруг появляется забытое детское ощущение - когда видишь, что друзья уже носятся по двору, а ты еще дома, и рвешься скорее к ним, чтобы ничего не пропустить! Быстро закидываю вещи в комнату, сбегаю вниз, затем на улицу, на ходу застегивая дубленку и заматываясь шарфом. Вот, не успела появиться, в тебя уже попали! Дэн! Ну, я сейчас ему покажу! Леплю снежок, черт, ну я мазила! Кидаю во всех подряд. И в меня - аналогично. Носимся по двору, орем как ненормальные, хохочем. Периодически кто-нибудь падает в сугроб. Я сама уже вся белая. О, вот кому я сейчас отомщу за все! Вот тебе! Целюсь в лицо. Все равно промахнусь. Ой, попала. Смеюсь. Чувствую, мне сейчас мало не покажется. Делаю ноги за угол дома. За мной погоня. Вот уже за шиворотом холодно и мокро. Отстреливаюсь. Из последних сил. Готова сдаться врагу. А он все забрасывает меня снегом. Валюсь в сугроб.
- Лежачего не бьют! И я в домике!
- Не поможет!
Смеется, лепит большой снежок. Замахивается. Кидает мне в лицо. Закрываюсь руками. Комок падает рядом в нескольких миллиметрах. Улыбаюсь. Помогает мне подняться.
- Считаю до трех, беги! - говорит.
Снова оказываемся со всеми, появившись с другой стороны дома. Уж не знаю, что они подумают в свете вчерашнего и сказанного Викой. Да мне уже все равно. Некогда об этом беспокоиться, у меня ведь теперь вторая жизнь. Так что мне всегда есть, куда пойти. Вот, стоит отвлечься, тебя уже забросали снежками! Получите вы сейчас у меня! Как же весело! Вскоре эта забава перетекает в другую - катание с горки! Высокая, спиралевидная - обожаю такие! Кто-то откопал несколько санок и мы давай сходить с ума - по одному, по парам и паровозиками. Конечно, я почему-то часто оказываюсь рядом с ним. И нет смысла уточнять - с кем. Отчего голова кружится и мысли путаются совсем. А еще - главное - успевать вовремя отходить, когда уже остановился внизу, пока в тебя не влетели следующие любители побыть детьми. Иногда не получается, и тогда на ледяной дорожке вырастает веселая куча-мала, и не понять, кто где.
Темнеет. Вот уже зажглись слабым оранжевым светом фонари на дороге. Так много я давно не визжала и не смеялась. Когда совсем устали и вымокли, прячемся в тепле дома. Кладем верхнюю одежду на батарею. Мужчины разжигают в камине огонь. Садимся греться и рассказывать страшные истории. Тихо, и слышно помимо слов только как потрескивают дрова и кто-то хрустит сухариками. Рустам далеко - в противоположной стороне, иногда встречаемся взглядами. Он не отводит глаза. И тогда весь остальной мир исчезает и я не слышу слов. Мы будто кружимся с ним, взявшись за руки, и только наши лица четкие, а все, что вокруг - смазано. И нет ни страха, ни отчаянья, ни грусти. Ты смотришь ему в глаза, вот так - как есть. И понимаешь, что он все понимает, и никто не пытается сделать вид, что это не так.
