По ту сторону тьмы полностью

Его поведение меняется, выражение лица становится мрачным.

— Я нашел кое-какую видеозапись, на которую ты, возможно, захочешь взглянуть. Оказывается, у Самары была хрень с датчиком движения для видеонаблюдения за дверным звонком. Единственное что, видео обрывается примерно в то время, когда, по их словам, она умерла.

Мои мышцы напрягаются от удивления.

— Не может быть.

Дэниел кивает.

— Да. Подумал, что тебе стоит взглянуть. Возможно, ты заметишь что-то, что я упустил.

— Пойдем.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

ДЖОРДЖИЯ

Я позволила главарю банды сделать мне куни.

На людях. На долбанном фермерском рынке!

Между ног все еще пульсирует желание, и я гадаю, не поймут ли окружающие, чем я занималась, просто взглянув на меня.

Мое лицо пылает, и я уверена, что покраснела от стыда. К этому добавляется и чувство удивления, потому что я никогда не испытывала ничего подобного.

Я никогда не ощущала себя захваченной поцелуем. Страстью мужчины. И, конечно, я не схожу с ума и не думаю, что я ему действительно нравлюсь, но он дал мне понять, что я для него, по крайней мере, одна галочка в графе.

Кожа между ног кажется странной, словно ее чем-то слегка поцарапали, и я не сразу понимаю, почему.

По той же причине чувствительны некоторые места около рта и ключицы. Я прежде никогда не испытывала жжения от бороды, а теперь… без понятия, как к этому относиться.

Внутри меня разгорается коллизия: стыд за то, что я позволила преступнику делать со мной непристойные вещи, да еще и на людях, борется с низменным желанием, умоляющим меня повернуть назад и поинтересоваться, когда мы сможем повторить это представление.

Я бреду в оцепенении, пока мое внимание не привлекает большое пространство под навесом, заставленными ящиками с книгами. Бесчисленное множество книг, судя по корешкам, практически манят меня.

Пройдя между двумя столами, заставленными книгами, я провожу пальцем по корешкам некоторых из них, ища то, что пробудит интерес. И словно по счастливой случайности нахожу ее — книгу именитого судебного антрополога, которой я восхищаюсь, доктора Кеннеди Александер.

Выдвинув книгу из стопки, я вижу, что ею бережно пользовались и стоит она всего несколько долларов, что является настоящей находкой.

— Ты заядлая читательница?

Я вскидываю голову и встречаюсь с Анхелой из закусочной. Вместо привычного фартука она одета в бледно-голубые бриджи и белый топ без рукавов. Застигнутая врасплох тем, что она не в своей привычной обстановке, я не сразу могу ответить.

— Да, я всегда любила читать.

Ее глаза искрятся, а губы растягиваются в легкую улыбку.

— Я тоже. — Она бросает взгляд на название книги, которую я держу в руках. — Хотя, как правило, я больше склоняюсь к прочтению любовных романов или кулинарных книг.

— Книги в этих жанрах мне тоже нравятся, — признаюсь я с робкой улыбкой.

Она излучает гораздо больше радушия, и я не уверена, что это связано с тем, что она находится вне своего рабочего места. В любом случае, я рада, что она не смотрит на меня с толикой подозрения в глазах.

Воодушевленная ее более дружелюбным поведением, я жестом показываю на книгу «Искусство войны» Сунь-Цзы, которую она держит в руках.

— Насколько я знаю, это классика.

Ее глаза устремляются на обложку книги, а выражение лица становится задумчивым.

— Это любимая книга моего сына. Он давно собирает специальные издания этой книги.

У нее есть сын, который читал и, очевидно, любит «Искусство войны»? От любопытства я спрашиваю:

— Ваш сын тоже живет в этой местности?

Анжела настороженно смотрит на меня, как бы оценивая мою реакцию.

— Да, он живет неподалеку. Я его часто вижу.

Я не могу подавить тоскливую улыбку. Если бы мне не досталась такая хреновая семья, я могла бы быть как она, тоже проживать рядом со своей семьей. Мы бы вместе ужинали или просто заходили друг к другу в гости, чтобы пообщаться.

— Звучит славно.

— Точно. — Она пристально смотрит на меня. — Твои родственники здесь живут?

— Нет. — Я подавляю желание сказать что-нибудь вроде: «Слава яйцам, что я бросила их много лет назад». Вместо этого я просто заявляю: — У меня нет семьи. — Натянув непринужденную улыбку, я пожимаю плечами. — У меня есть только я.

Обеспокоенность проступает на ее лице, но быстро исчезает.

— Очень жаль.

Чтобы пресечь возможные дальнейшие вопросы, я перевожу тему и показываю ей найденную книгу.

— Не знаю, читали ли Вы какие-нибудь работы доктора Александер, но у нее есть увлекательнейшие анекдоты из ее карьеры в судебной антропологии. Очень рекомендую.

В уголках ее глаз появляются морщины, когда она ласково улыбается.

— Я обязательно ознакомлюсь.

Я ненадолго замолкаю.

— Я также хочу поблагодарить Вас за то, что Вы рассказали мне об этом рынке. Он действительно потрясающий.

Гордость переполняет ее выражение лица.