Джордж из любопытства заглянул внутрь. За дверью начинался длинный, слабоосвещенный коридор, который заканчивался еще одной дверью, на этот раз деревянной. Все из того же любопытства, он аккуратно переступил порог и медленно, стараясь не издавать ни звука, прошёл по нему до упора. Дверь была чуть приоткрыта и за ней виднелся массивный деревянный шкаф, все полки которого были уставлены книгами с одинаковыми чёрными корешками.
– Вы по объявлению? – донёсся до него резкий, низкий голос из-за двери и Джордж вздрогнул не столько от неожиданности, сколько от поразительной властности в интонациях его обладателя. – Входите!
Джордж немного потоптался на месте, но быстро принял решение и отворил дверь.
За ней оказался просторный кабинет, обшитый тёмными деревом, а оттого создававший довольно мрачное впечатление. В центре возвышался массивный стол, за которым сидел, сложив руки в замок на столешнице, пожилой мужчина, лет семидесяти на вид. На краю стола стояла позолоченная табличка с именем – Николас Дж. Томпсон. И ниже курсивом – адвокат.
– Ты Джон? – спросил тот, подаваясь всем корпусом вперёд, чтобы получше рассмотреть вошедшего.
– Джордж, сэр.
– Это не так важно, – старик все ещё изучающе смотрел на него. – Я думал ты будешь постарше. Сколько тебе лет, сынок? – но в его голосе не было ничего отеческого.
– Мне недавно исполнилось восемнадцать, сэр, – соврал Джордж без запинки, понимая, что лучше скрыть свой истинный возраст. Хотя, и на свои годы он выглядел с натяжкой, но, все же, надеялся, что мистер Томпсон, в силу своего преклонного возраста, уже не заметит разницы.
Так и получилось. Впрочем, если старый адвокат и заподозрил что-то, то виду не подал.
– Ты знаешь, для какой работы тебя прислали?
Естественно, Джордж понятия не имел для какой, как и то, кто его должен был прислать. А потому постарался изобразить на своём лица частичную осведомленность, выступая чуть вперед:
– Я думал, что Вы посвятите меня в подробности, сэр.
Мистер Томпсон рассмеялся хрипловатым, старческим смехом.
Джордж не совсем понимал, что же его так развеселило, а потому внутри чувствовал себя крайне неловко, хотя внешне пытался сохранить невозмутимость.
– А ты смекалистый, я смотрю. Сработаемся, – сразу заключил мистер Томпсон.
На том и порешили.
Мистер Уайт переменил позу. Глубокие погружения в прошлое заняли немалое время и тело требовало хоть минимальных движений. Про себя он улыбался, вспоминая те беззаботные времена. На какое-то мгновение ему снова захотелось стать тем пятнадцатилетним мальчишкой, жадным до знаний, который с неимоверной быстротой углублялся во все новые и новые тома по юриспруденции из того самого, массивного шкафа, пока не прочитал их все.
Ценнейшие годы практики, присутствие, с легкой подачи мистера Томпсона, на судебных процессах, сделали из Джорджа Уайта, если не профессионального юриста (для чего не доставало, как минимум, лицензии), то уверенного любителя. За все возможности он был безмерно благодарен мистеру Томпсону, но все же больше всего, когда тот безвременно покинул этот бренный мир. А так как родных или более близких людей у него не обнаружилось, то и все бюро отошло Джорджу. Который в свои двадцать с лишним лет неожиданно сделался богатым владельцем прибыльного бизнеса.
Клиентов, в том числе постоянных, было хоть отбавляй, а вести их дела самому, по понятным причинам, он не мог. Имея кое-какие связи, он смог переманить к себе двух, если не лучших, то подающих большие надежды, адвокатов, и дела вновь пошли в гору.
Но, как это всегда бывает, удача не могла сопутствовать ему вечно. Она и не стала. Примерно через год к нему заявился один из его подчиненных с возмутительно наглой просьбой:
– Я требую своей доли в делах компании. Я приношу тебе больше половины доходов и считаю, что имею право получать ещё и дивиденды от участия в бизнесе.
– Другими словами, ты хочешь стать партнёром “Адвокатского бюро Томпсон”, – заключил Джордж совсем не вопросительным тоном.
Он покосился на входную дверь в теперь уже свой кабинет. Табличка с названием за прошедшие годы уже несколько раз менялась, хотя само название осталось неизменным. Он хорошо помнил те затертые буквы, когда-то обозначавшие слово “партнеры”, но так быстро и легко вычеркнутое из истории. И Джордж ясно увидел решение вопроса, словно продиктованное свыше самим мистером Томпсоном. Не делить ни с кем свой бизнес. Потом что, рано или поздно, именно твоё имя может быть стерто из истории.
А потому ответ его был однозначным, хоть и весьма неожиданным для несостоявшегося партнера, который считал, что сможет с легкостью надавить на своего юного директора.
– В таком случае, Вы можете быть свободны, – Джордж изменил своё обращение на подчёркнуто официальное, чтобы не оставить никаких сомнений в окончательности своего решения. – За расчетом сможете зайти на следующей неделе.
