Эмиль Хейз владеет даром телепатии и ловко манипулирует людьми. Обстоятельства приводят его в особняк, где странное поведение обитателей вызывает тревогу. Внезапно Эмилю подворачивается редкий шанс усилить свое превосходство. Он идет на риск, но злополучный эксперимент, раз за разом переносит его в другие параллели, наполненные жестокими испытаниями и смертельной опасностью. Эмилю остается лишь цепляться за ускользающую жизнь…
ПРИБЫТИЕ
Безлюдный холл небоскрёба был погружен в полумрак. Эмиль босиком стоял на холодном мраморном полу у дверей лифтов. Его тело покрывал лишь больничный халат. Он знал, что у него всего одна попытка выбрать лифт. Тогда он сможет выжить…
Леденящий холод мешал думать. Сердце яростно колотилось в горле. Вверху на табло, забрызганном кровью, мерцали цифры 8– 7– 5… Все кабины приближались к первому этажу. До решающего выбора оставались секунды.
Эмиль осмотрелся по сторонам в поисках совета или знака. Вокруг царила пугающая равнодушная тишина. Голова становилась все тяжелее, дрожали колени.
Оставалось довериться проведению, войти в первую открывшуюся дверь. В это мгновение раздалось звонкое оповещение о прибытии лифта, и створки двух из них тихо распахнулись. Внутри кабин не горел свет. Из первой повалил густой поток белого дыма, из второй тонкими ручьями на мраморный пол потекла вода, послышался тревожный женский шепот:
– Огонь избавит мир от нечестивых душ…
– Мне нужен один лифт из двух. Просто один из двух… – повторял он как молитву и сделал шаг в темноту…
Сильный удар от падения вернул Эмиля в действительность. Очнувшись от кошмарного сна, он оказался на заднем сиденье такси. Машина плавно двигалась по холмистой асфальтной дороге. Стрелки часов на руке показывали половину пятого вечера. Указатель на дороге сообщил, что до Нортгемптона еще 20 миль. До приезда в особняк, где он получил работу на лето, оставалось совсем немного.
В подавленном настроении он следил за мелькающими картинами за окном. Редкие деревья, пожелтевший от солнца кустарник навевали тоску. Это состояние было острее того, в котором он находился последнее время. Ему хотелось быть дальше от людей; от их недовольства и стремления к превосходству.
– Только бы доехать… – прочитал мысль водителя такси Эмиль.
В доме, куда Эмиль был приглашен на работу, единственной ученицей будет десятилетняя девочка. Он рассчитывал, что обучение не отнимет много времени. Главным преимуществом станет творческая свобода. Большую часть дня можно будет посвятить любимому делу – композиции.
Эмиль с раннего возраста был огромным поклонником кинематографа. Будучи музыкантом, ему хотелось оставить свой вклад в мире грез. Как в легендарной гангстерской драме «Крестный отец» прославилась музыка итальянского композитора Нино Рота; или в триллере «Леон» композиция Стинга «Shape of my heart». Можно было ли представить себе другой саундтрек к этим фильмам? Определенно весомая доля славы обязана идеально подходящему музыкальному сопровождению.
– Может, на сегодня все? Поставлю машину в гараж и домой… – подумал водитель такси и посмотрел на часы.
Эмиль закрыл глаза. Как он устал от этого. От чужих мыслей. Почти всегда они приносили огорчение. Сколько он себя помнил, у него была эта способность. Читая мысли окружающих, у него возникало ощущение, будто он копается в чужих мусорных пакетах.
Единственный плюс был в отношениях с женщинами. Он знал их реальные желания и без труда управлял их поведением. Влюбиться самому не удавалось, было слишком скучно. Смертельно скучно.
Таксист замедлил ход. Машина съехала на обочину и остановилась.
– Что-то случилось? – спросил Эмиль без особого интереса.
– Волноваться незачем, сэр. На всякий случай проверю правое колесо. Кажется, спустило немного, – ответил седовласый старичок водитель.
Он суетливо вышел из машины, подошел к заднему колесу и на некоторое время склонился над ним. Затем он выпрямился, почесал лоб и вернулся в салон, чтобы открыть багажник и достать насос для шин.
Минут через десять на подкаченных колесах они стремительно неслись по шоссе. Эмиль избегал смотреть на водителя, чтобы ненароком не прочесть его мысли. Это привело бы к лишним тревогам, а делу бы не помогло.
Эмиль приоткрыл окно, влажный ветер после летнего дождя мягко обдувал лицо. На очередном повороте колесо машины угодило в наполненную водой выбоину шоссе, и капли грязи и воды брызнули в глаза и волосы Эмиля.
– Черт! – выругался он и потянулся в рюкзак за салфетками.
– Осторожнее, сэр. Таких луж еще немало впереди. Вам бы закрыть окно.
Эмиль оставил окно отрытым, лишь пересел немного в сторону.
Дорога стала ровной и немного шире. Впереди за невысокой, но крепкой оградой возвышался трехэтажный особняк из кирпича песочного цвета, огромными окнами на фасаде и террасой наверху. По правую сторону находился теннисный корт, напротив виднелся ухоженный сад.
У металлических ворот машина остановилась. Эмиль протянул водителю оплату с чаевыми, поблагодарил и вышел из машины.
Ворота были приоткрыты, Эмиль с рюкзаком на плече и с чемоданом на колесиках в руке неспешно зашагал к входу в особняк. Оказавшись у массивной двери орехового цвета, он нажал кнопку звонка.
Пришлось некоторое время подождать, прежде чем дверь отворил высокий темноволосый мужчина чуть за 30. На нем был строгий костюм-двойка серого цвета с зазубренными лацканами. С полным интереса взглядом он заговорил:
– Вы, вероятно, Эмиль Хейз? Я думал, вы гораздо старше.
– Да. Мы с вами говорили по телефону?
