— Присмотрела что-нибудь? — поинтересовался Нацу, когда она вернулась назад.
— Да, есть парочка весьма неплохих.
— Примерь, — не сказать, чтобы ему так уж нравилось ходить по магазинам, но уж полчаса подождать терпения бы хватило.
— Мы пришли сюда не за этим, — возразила Люси. — И потом… Здесь такие цены… Моей зарплаты не хватит и на половину кофточки.
— Зато моей хватит, — парировал Нацу и, желая предотвратить дальнейшие споры (даже после трёх месяцев отношений ему всё ещё не позволяли делать дорогие подарки), попросил: — Просто примерь. Пожалуйста.
Люси, вздохнув, ушла в примерочную. Она успела лишь снять пальто, когда на талию легли мужские руки, крепко, но нежно прижав девушку к своему хозяину.
— Нацу, что ты делаешь?
Он заговорчески подмигнул её отражению в зеркале:
— Неужели непонятно?
— Нас могут услышать, — кто бы сомневался в том, что его «жертва» не попробует оказать сопротивление? Но тем слаще будет победа.
— Мы будем вести себя очень-очень тихо.
Нацу легонько прикусил мочку порозовевшего от смущения ушка, с удовольствием услышав в ответ на свои действия судорожный вздох, и развернул Люси лицом к себе; одна его рука по-прежнему обнимала её за талию, а вторая, очертив плавный изгиб бедра, беззастенчиво забралась под юбку.
Это было так необычно — ощущать под ладонью вместо нежной кожи шероховатую ткань, ласкать сквозь тонкую преграду, не имея возможности прикоснуться к желанному телу. Люси горячо дышала ему в шею, изо всех сил сдерживая стоны. И всё же сорвалась — в самом конце. Нацу подождал пару секунд и отстранился, с жадностью охватывая взглядом открывшуюся картину: румянец на щеках, приоткрытые влажные губы, дрожащие ресницы, готовые упасть с них маленькие прозрачные капли…
— Ты такая красивая после оргазма.
— И поэтому ты решил соблазнить меня в магазине? — не открывая глаз, улыбнулась Люси. — Как я теперь выйду из этой несчастной кабинки? Мне ужасно стыдно.
Покинуть примерочную всё же пришлось (не могли же они остаться в ней навсегда), а смущённое покашливание с другой стороны шторки и заданный несколько нервным голосом вопрос «Простите, может, вам нужна помощь?» заставил сделать это максимально быстро. Нацу, выписывая чек, с трудом сдерживал смех — настолько обескураженными выглядели девушки-консультанты, явно не ожидавшие, что заглянувшая к ним странная парочка хоть что-нибудь возьмёт. Люси, в отличие от продавщиц, его щедрости не оценила — уже в дверях она трагическим шёпотом начала ему выговаривать:
— Зачем ты купил эти блузки? Я же ни одну не примерила. А если они не подойдут?
— Ничего страшного, оставим их как память. Кажется, я видел в кладовке пустую коробку. Назовём её Сокровищницей эротических приключений и будем пополнять время от времени, — попытался перевести всё в шутку Нацу.
— Я сгорю от стыда прежде, чем она наполнится хотя бы на четверть. А ты разоришься, — Люси показала ему язык и пошла в сторону эскалатора, а он не мог сделать и шага, поражённый внезапно свалившимся на него озарением. Как можно было не понять этого раньше? Быть таким глухим, слепым, бесчувственным, пугливо прячась за пустыми отговорками и даже самому себе не признаваться в столь очевидных вещах? Но больше ждать нельзя. — Нацу, что с тобой? — Люси, заметив его отсутствие, вернулась и теперь с тревогой вглядывалась в его лицо. — Ты обиделся? Прости.
— Я люблю тебя, — выпалил он и повторил, задыхаясь от нахлынувшего восторга — такой безумной радостью загорелись широко распахнувшиеся карие глаза, что ответ был уже и не нужен: — Я тебя люблю.
Они целовались у всех на виду, не обращая внимания на чьё-то сердитое бурчание и завистливо-любопытные взгляды, забыв про лежащие на полу пакеты с покупками, до краёв переполненные своим счастьем.
— Вот вы где! А я вас уже обыскалась, — Лисанна, смеясь, дотронулась о его плеча, заставив вздрогнуть от неожиданности, и расстроено вздохнула: — Ну, вот, кажется, я вас напугала, извините.
— Ничего страшного, — Нацу с трудом отвёл взгляд от места, где впервые признался любимой в своих чувствах. — Просто задумался немного. Если с покупками закончено, предлагаю идти в парк.
Лис кивнула. Он пропустил её вперёд, но, не выдержав, обернулся. Взгляд неожиданно выхватил в толпе знакомый тоненький силуэт и бесконечно родную улыбку. Сердце болезненно трепыхнулось в груди, зачастило, сбилось с привычного ритма, отдаваясь неприятной пульсацией в висках. Нацу, глубоко вздохнув, на миг прикрыл глаза — видение растворилось так же быстро, как и появилось, напомнив о данном Люси обещании. И, кажется, сейчас самое время его выполнить.
Парк, в отличие от Торгового Центра, оказался многолюден — хорошая погода выгнала на улицу даже заядлых домоседов. С трудом найдя тихий уголок, Нацу предложил своей спутнице присесть и, устроившись рядом, без долгих предисловий сказал:
— Лис, выходите за меня.
Девушка молча подняла на него глаза. Она вообще была непривычно тихой, за последние полчаса не произнеся ни слова. Это слегка озадачивало, поэтому следовало поторопиться с объяснениями.
