Сейчас смотрю на нее. Лежит. Худющая стала за две недели. Вся утыкана иглами, датчиками. Нервный срыв на фоне голодания и обезвожживания. Одна из поваров сказала, что он заставляла есть и пить Марину. Нужно было ворваться к ней и объяснить всё. Но, зная её, она бы слушать не стала. А надо было. Глядишь и не было бы ничего этого. Перед Матвеем стыдно. Сергей… Твою мать. Ведь реально разыграть хотел.
Аааааааааааа. Гребанные мысли. Растираю руками голову и цепляюсь себе в волосы. Запутался я. Но знаю точно — ей сдохнуть не позволю. Наконец-то появляется врач.
— Док, как она? — голос звучит глухо. Даже не рикошетит от стен. Стою и гипнотизирую Маринку сквозь стекло.
— Как видишь. История, конечно, впечатляет.
— Ты о чем?
— Её медкарта. Кардиограмма отдыхает, тут прямо америкаские горки. То на тот свет спешит, то шишь старухе с косой показывает, то снова к проотцам, то снова дулю. А теперь зависла. Вот динамика хорошая как бы, а организм пофигистически ко всему относится. Мы литрами вливаем, а все будто испаряется. Впервые в моей практике. Ты говорил у нее сын есть. Привези. Будем вас вводить в палату. Будете ее умолять вернуться. И ты сам грехи замаливай. Она все слышит. Шанс есть у каждого. Вперед выполнять.
— Понял. Можно я уже сейчас зайду?
— Спрашиваешь. Перед входом висит мундир для всяк туда входящих. Вперед и с повинными. Глядишь, разозлится и встанет.
Док договоривал мне в спину. Я уже оделся и зашел в палату. Так-то сюда посторонним, кроме врачей, нельзя. Но тут случай другой. Зашел-то я зашел, а что говорить? Впервые не знаю, что сказать.
— Привет, сестренка. Ну зачем ты так, а? Строишь из себя могучую женщину, но мы-то знаем, какая ты ранимая. Вот даже в пространстве застряла. А знаешь? Ведь именно я чувствую себя виноватым. Я же, когда тебе звонил про Кабана сказать, совсем забыл про Сергея. Он нормальный, правда. И с той девочкой не спал. Замута, конечно, такая есть, но с Сергеем хотелось просто пошутить. Просто хотелось посмотреть, как выкрутится. Ну и посмеяться, если оценит, конечно. Я поздно вспомнил обо всем этом, ты уже летела в кабинет. И ведь не обогнать тебя, коридор, сука, узкий. Марин, ну вынырни ты уже на поверхность.
— Демон, время. Пульс поменялся. Она тебя услышала. Но этого недостаточно. Приводи всех, кто с ней связан.
— Приведу. И сам приходить буду.
Я вышел из больницы. Кого привести первым? Сначала Андрей. Его жена не в курсе вообще, а то молоко пропадёт ещё. Потом Степаниду надо с Борисом позвать. С Борисом могут быть проблемы.
— Копия отец! Дед твой будет в восторге., - голос знакомый. Это Борис Евгеньевич собственной персоной.
— Много обо мне наслышаны, бывший классный руководитель?
— Дааа. Хмеровы постарались в воспитании. Но, если судить по изменениям, Марина руку успела приложить. Рассказывай все с самого начала.
Ну я и рассказал. Боря только кивал иногда. Мне скрывать нечего. Даже как-то незаметно Боря расспрашивать о том и другом начал. Так и проговорили мы где-то час. И в конце я добавил, что разрешено приходить и разговаривать с Мариной. Может, получится привести в себя.
— А это мысль. Я передам остальным. А сейчас проводи до Маришки., - проводил я Бориса. А дальше что? Может с Сергеем встретится? Звонить не стал, отправил сообщение с вопросом-просьбой встретиться. Ответ пришёл быстро. Адрес и время. Коротко и по делу.
В назначенное время я был на месте. Посмотрел на фасад здания и что-то такое припоминаю. Кажется, в отчёте читал. Подхожу ко входу, а мне на встречу амбал два на два. Он только спросил кто я и всё. Дальше меня провели внутрь. Неплохой ресторан. Для крутых. Которые решают свои делишки без свидетелей и простых смертных. Подвели меня, значит, к столику, где уже сидел с Ладой на коленях Савельев. Как хорошо, что Маришка этого всего не видит.
— Шутка затянулась, Серёг. Баста.
— Какие шутки, Димон. Это ты её мне положил. Вот пользуюсь.
— Не ходи по ушам, а. Она невинна и чиста, как слеза младенца. Если, конечно, ты не поступил в лучших традициях прошлого и не пустил девочку по кругу. Отпускай Ладу туда, где она у тебя пашет. У меня к тебе разговор.
— Как быстро нас раскрыли. Не переживай, Лада, мы ещё повоюем. Иди, гости ждут. Тебя не тронут, а появляться ретивые, твой добрый волшебник вооон там. Книжечки умные читает. Всё, иди — иди., - Лада ушла и это хорошо. Можно поговорить.
— Значит, говоришь, шутка. Хорошо. В чем вся соль-то была., - голос уставший. Он ищет Марину. А я снова её прячу. Только теперь по другой причине. Да и прятать смысла нет.
— Соль была в том, что хотел просто посмотреть, кого выбрала сестренка. Хотел посмотреть, как выкрутишься. Её можешь не спрашивать, она не в курсе розыгрыша. Знал только я. Да и камеры я отключил. Ты не был делом, Серег. Не был делом.
— Так. Ладно, с этим моментом разобрались. Что с папашей Лады?
— Не знаю. Его долги перекупили и увезли, так сказать, в неизвестность. Мне побоку., - зашибись. Разговариваем на левые темы. А я жду и боюсь главного вопроса. Но и он не заставляет себя ждать.
