По законам прайда полностью

— Согласна ли ты, Елизабет Гардер, взять этого мужчину в свои законные мужья, чтобы отныне быть с ним в радости и в горе, в богатстве и в бедности, в болезни ив здравии, пока смерть не разлучит вас?

Я повернулась к стоящему рядом Дереку, улыбнулась ему со всей любовью и уверенно ответила:

— Да!

Сегодня был самый счастливый день моей жизни — бракосочетание с любимым.

Конечно, в своих мечтах я представляла все немного не так. Это событие должно было проходить кругу наших близких, в красивой церквушке, в специально выбранный день. Вместо этого я выходила замуж в небольшой часовне в Лас-Вегасе и венчал нас не кто иной, как Элвис. Но мне было все равно, ведь я становилась женой своего возлюбленного.

Я была настолько окрыленной, что меня совершенно не удивил тот факт, что перед бракосочетанием мы почему-то не познакомились с его семьей, хотя она, в отличие от меня, у него была. В душу не закралось ни малейшего подозрения, почему наше торжество проходит без родственников.

С Дереком мы познакомились около трех месяцев назад, и все между нами закрутилось с ошеломительной скоростью. Правда, до постели мы так и не дошли.

Как ни странно, мой любимый придерживался консервативных принципов, считая, что заняться любовью мы должны лишь как муж и жена. Хотя я видела, как тяжело ему было сдерживаться, как его руки ласково обхватывали мое тело, как крепко сжимали ягодицы, вдавливая в себя. В эти моменты он шептал мне страстные фразы, от которых я краснела до кончиков ушей.

Я тлела, становилась мягкая как пластилин, согласная на все, готовая лишиться своей девственности, но Дерек отступал. С моих губ срывался разочарованный стон, а он просто чинно целовал меня в носик и ласково говорил:

— Еще не время, моя косуля. Я не могу пойти против уставов своей семьи.

То, что мужчина воспитывался не в традиционных условиях, я догадалась по его кратким рассказам. Отец представлял собой главу закрытой общины, в которой рос и Дерек. Со слов любимого следовало, что с его мамой он не состоял в браке, при этом имел детей с другой женщиной. Там было так все запутано, что я до конца и не разобралась во всех родственных правилах. Поняла только, что они живут очень обособленно. Не пускают к себе чужаков. Занимают огромные фермерские территории, разводят различный скот и редко покидают стены своего дома.

Дерек — единственный за последний год, кому выпало право пожить отдельно и увидеть внешний мир. Там он встретил меня Как говорит любимый: «Увидел и пропал».

Но пришло время возвращаться домой. Слово отца имело для Дерека особый вес — бесспорное подчинение. Даже находясь от него за сотни километров, он слепо следовал полученным в детстве установкам.

Когда он сообщил мне о своем отъезде, я разрыдалась:

— Дерек, но как же мы?

Любимый крепко сжал мои руки, по очереди поцеловал костяшки пальцев, а после посмотрел из-подо лба:

— Я могу взять тебя с собой только при одном условии.

— Каком? — затаила дыхание, ожидая ответа.

— Элизабет, окажи мне честь и стань моей женой.

Не стоит говорить, что я согласилась моментально.

И вот стою у алтаря рядом с красивым широкоплечим мужчиной и слушаю, как он обещает любить и уважать меня, заботиться и ценить, быть рядом в радости и горести. На мне не свадебный наряд, а белый льняной сарафан, первым попавший под руку, на золотистых волосах веночек из полевых цветов.

Ведущий нашей церемонии говорит заключительные слова, и вот уже мой муж страстно целует меня. С такой яростной алчностью, что даже Элвис присвистнул. Я краснею, но мне положено, ведь я теперь новобрачная.

Дерек уводит меня по проходу, крепко сжимая мою руку. На выходе из часовни нас дожидается лимузин, который отвозит в отель. Я предвкушаю дальнейшие события.

Хочу принадлежать ему полностью. Стать только его.

К моему огорчению, когда мы возвращается в украшенный для новобрачных номер, Дерек сразу же оставляет меня и направляется к шкафу. Оттуда он достает наши чемоданы, раскрывая их на кровати.

— Любимый, что происходит? Разве мы не останемся здесь на ночь? — ошарашенно спрашиваю его я, наблюдая за тем, как он складывает наши вещи.

Не так я представляла себе первый час замужества. Совсем не так.

«Может, со мной что-то не то?» — закрадывается в душу нехорошее предчувствие.

Я поворачиваюсь к зеркалу и рассматриваю себя. Белокурые золотистые волосы, состриженные по плечи, слегка вьются от природы, создавая шаловливый образ.

Дымчатые серые глаза, острые скулы и естественно-полные губы, которые Дерек часто обводил подушечкой большого пальца. Вроде бы этого достаточно, чтобы считать себя красивой, так почему мне никак не удается соблазнить любимого мужчину, который ныне стал моим мужем?

Это обстоятельство угнетало, лишало меня женской уверенности. Что я делала не так?

— Я хочу к обеду быть дома, поэтому придется ехать всю ночь.