Смертельно больная Лиза мечтает последние свои дни прожить в таёжном доме покойного деда-егеря, где она провела детство. Её муж, довольно состоятельный человек, как ни странно, относится к её просьбе положительно. С одной стороны, Лиза чувствует себя в тайге счастливой, но, с другой, ей начинают открываться страшные подробности уготованного ей будущего. И всё это осложняется присутствием в доме раненого волка, спасённого в лесу Лизой.
В маленькой комнате, задуманной несколько лет назад как детская, гулко тикали настенные механические часы, напоминая Лизе о том, что время её жизни неумолимо тает, приближая последний день. Тик-так, тик-так, тик-так… Врачи дали три месяца. Значит, май, июнь и июль. А в августе она перестанет воспринимать реальность, будет неподвижно лежать в той же комнате, обколотая морфием и не узнающая знакомых лиц. Любому нормальному человеку захотелось бы остановить эти часы, разломать их на шестерёнки и сжечь в жарком огне. Но Лизе нравилось слушать их мерный ход. В конце концов, часы отмеряли жизни всех, кто их слышал. Просто кому-то судьба отвела несколько лет больше, а кому-то меньше.
На днях совершенно случайно она подслушала разговор своего супруга, Артёма, с прикреплённой к ней медицинской сестрой. Они говорили о Швейцарии и об эвтаназии. Переживали, бедненькие, за Лизу, но ей до сих пор сказать о таком не решались. Нет-нет. Неужели она пойдёт на это? Ни за что! Хоть и не была Лиза человеком по-настоящему религиозным, но самоубийство в её представлении всё равно казалось делом богопротивным. Она выдержит всё это, она донесёт свой крест до конца. Дитилин, сульфат магния, листенон… Она помнила, из чего может состоять эта убийственная смесь, которую применяют при эвтаназии – сама когда-то училась на фармацевта. На третьем курсе и познакомилась с Артёмом. Он в то время уже заканчивал институт. Роман их был недолгим, бурным и как-то слишком уж быстро закончившимся скоропостижной свадьбой.
Артём всегда мечтал о своём собственном бизнесе, намеревался создать фармацевтическую компанию, после свадьбы постоянно только об этом и говорил. И не только говорил, но и предпринимал к осуществлению своей мечты вполне осязаемые действия. Лиза во всём старалась его поддержать. Потом случилась беременность. И это совпало с тем, что на Артёма со всех сторон начали давить конкуренты, почувствовав в нём реального соперника. Времена были лихие, а способы убеждения такие, что приходилось в прямом смысле слова воевать. Лиза много переживала. Мечта её об изобретении чудодейственных препаратов, способных побороть самые страшные из болезней, столкнулась с реальностью, которой такие препараты оказались совсем не нужны. Этим рынком, как и любым другим, правило желание заработать, а вовсе не победить болезни. Она взяла академический отпуск перед последним курсом, стараясь уменьшить нагрузку на организм. Но это не помогло – случился выкидыш, а потом прозвучал страшный диагноз доктора:
– К сожалению, Елизавета Петровна, вы больше не сможете иметь детей.
А ведь они уже закончили строить небольшой домик на побережье и обставили детскую, гадая, какого цвета клеить обои.
Потом пронеслись четыре года кошмара. Артём выстоял. Бизнес его быстрыми темпами пошёл в гору. Но отношения их как-то увяли, становясь с каждым месяцем всё более и более формальными. Институт Лиза так и не закончила, поработала какое-то время в лаборатории у супруга, а потом неожиданно на одном из обследований в открытой Артёмом клинике услышала и этот вердикт – рак в последней стадии. Май, июнь, июль… И детская превратилась в хоспис. Повсюду пахло лекарствами, и от этого запаха воздух казался густым и неподвижным, словно кисель. Он лежала, с лицом укутавшись в одеяло, и тяжело дышала, вслушиваясь в тиканье часов. Думалось, что кроме этого звука в мире больше ничего нет.
В дверь постучали.
Лиза встрепенулась, высунула из-под одеяла голову и негромко сказала:
– Входите.
В комнату вошёл Андрей, младший брат мужа, живший с ними в одном доме.
– Марины сегодня не будет, – сказал он, на секунду взглянув на Лизу и тут же опустив глаза. – И завтра тоже.
– Хорошо, – сказала Лиза. – Ты ещё что-то хотел сказать?
– Да. – Андрей снова на неё посмотрел. – Если нужно чего, скажи, я сделаю.
– Да нет, Андрюш, – постаралась улыбнуться Лиза. – Я же пока ещё не умираю. Сама справлюсь. Может быть, прогуляюсь на пристань. Хочешь составить мне компанию?
– Да, – коротко ответил Андрей. – На море сейчас хорошо.
