— Диная, любимая, не могу без тебя больше. Прошу, перестань меня мучить, прими, — сказал он умоляющим голосом. Не знаю, что меня натолкнуло на это, но я не смогла отказать мужчине. И это даже не жалость. Он начал осыпать поцелуями мой живот, руки и не получив сопротивления, встал на ноги и покрыл моё лицо и губы такими же горячими короткими поцелуями. Он был пьян. Вот что меня изначально смутило, однако в этот момент я увидела ещё и его слабый силуэт. «В конце концов, он ведь мой муж», была последняя мысль перед тем, как я отдалась его страсти.
Он словно был везде одновременно, лаская и целуя меня, кажется, даже сам не разбирая куда. Было ощущение, что он пытался наверстать все упущенное до этого время без меня. Я буквально плавилась в его руках и отвечала со всей страстью, не боясь открыть ему своё сердце. И именно сегодня в первый раз я ощутила с ним оргазм. Наше безумие длилось долго, но я ни о чем не жалела.
— Диная, я больше не покину твою спальню. Просто не смогу, — сказал он, прижимая к себе ближе. Я уже почувствовала, что остальные мужья вернулись, но не стали нам мешать, за что им огромное спасибо. Возможно, они заранее договорились об этом, но выяснять я не собиралась. В любом случае, решение принять мужа было именно моим.
— Я не прогоняю тебя, Неит. Я дам нам шанс, — прошептала я, ведь в горле пересохло от стонов, сдержать которые было просто невозможно. Неит лежал, крепко обнимая и не собираясь меня отпускать. Я, пригретая горячим мужчиной, медленно уснула, даже не запомнив свои последние мысли.
С этого дня начался мой персональный кошмар, потому что Крав, обнаружив, что Неит теперь спит с нами, стал нервным и раздражительным. Он периодически ронял какие-то вещи, срывался на слуг и постоянно говорил нам какие-то колкости. Он стал даже хуже, чем был. Пару раз я хотела поговорить с ним, но он наотрез отказывался, что ещё больше удивляло.
В один из дней мне все же удалось случайно услышать важный разговор. Точнее подслушать. Он говорил в своем кабинете с незнакомым мне мужчиной, якобы о делах. Но все оказалось не так.
— Почему она вообще пошла на это?, — негодовал Крав.
— Она влюбилась. Ведь девушки так наивны и мечтательны в её возрасте, — ответил мужчина.
— Почему не в кого-то равного себе, а в этого голодранца? Он же не сможет её обеспечить, — Крав.
— Похоже, о финансовом положении мужчины она не знала. Но это уже не имеет значения, она замужем, — ответил мужчина.
— По любви, — выплюнул Крав, — Что все помешались на этой любви⁈ О будущем думать женщины, похоже, совершенно не способны.
— Не будьте так категоричны. Юноша вполне перспективный. Если остальные мужья окажутся более знатными, то они смогут создать сильный род, — ответили ему.
— Перспективный… Почему она не сообщила мне? Разве я отказал бы ей в помощи? Мы ведь не чужие ритины, — устало выдохнул Крав.
— Значит, она так не считает. Вряд ли она позволит Вам вмешиваться в её жизнь, — сказал незнакомец.
— Ну и дура. Я мог бы подарить ей прекрасное будущее. Но теперь я не буду искать с ней встреч и возможности поговорить, пусть сама разбирается. Вышла замуж, вот пусть муж и разбирается с её проблемами. Не ожидал от неё такого и честно говоря, надеялся, что она все же одумается. Ладно, что там по делам рода?, — перешёл Крав к работе и я тихо покинула место, где получила столько информации. Я думала, что он злился потому что я не приняла его, а он переживал, что кто-то там вышел замуж. Единственная версия, что появилась тогда в моей голове — это его бывшая девушка, которая когда-то отвергла его. Ну логично же. Что ж, пусть так. Не буду больше пытаться поговорить с ним и выяснять, почему он такой злой, пусть злится дальше. Пойду лучше к малышу.
С маленьким Дикитом я проводила много времени. Я могла играть и гулять с ним целыми днями, оставляя его с няней лишь ненадолго. Ну и по ночам. Он развивался невероятно быстро, что для меня было странно. Но я просто обожала его ум и старательность и уже начала думать о том, чтобы нанять для него учителя. Раз он созрел для этого, то нет смысла ограничивать ребенка в знаниях. Я сообщила об этом мужьям и все со мной согласились, ведь тоже понимали, что ребенок особенный.
К слову, Крав настоял на том, чтобы малыша проверили, уж не иной ли он. Вдруг в его теле более взрослый ритин. Но я была категорически против этого и согласилась только после того, как Крав обещал, что независимо от результата проверки, ребенок останется представителем рода и его не отправят в рабство. К счастью, Дикит не был никаким иным, что несказанно обрадовало. Ведь даже если бы мы скрывали это, выясниться данный факт мог любой момент.
Дикит любил всех отцов и очень тянулся к ним. Мужья тоже души в нём ни чаяли, но каждый из них мечтал о своем ребенке. Вот только мне все ещё было страшно беременеть.