— Нет, это от горячей еды, сейчас пройдет, — ответила я, снова опустив взгляд вниз. Сейчас было самое время признаться им, что прозрела, но я никак не могла решиться.
— Мамочка, подай, пожалуйста, синие ягодки, — попросил меня малыш Дикит и я тут же отыскала взглядом требуемое, чтобы подвинуть к ребенку и только сейчас осознала, что выдала себя с головой. Все молчали, осознавая увиденное.
— Когда? — коротко спросил Крав. Я сразу поняла смысл вопроса, поэтому не стала юлить и ответила честно.
— Сегодня утром, — сказала я, подняв взгляд на мужей. Все смотрели на меня в упор, отчего мне стало неуютно и я снова опустила глаза.
— Ты не хотела нам говорить? — немного возмущённо спросил Герц.
— Конечно, хотела. Что за глупости? — ответила его же тоном.
— Тогда почему скрыла, когда спросили? — последовал вопрос. И чем они так недовольны? Я же не скрывала этого месяцами.
— Подбирала слова, — буркнула я и отвернулась к окну, откуда пробивался ласковый дневной свет.
— Похоже, что вы не очень рады новости. Может действительно стоило скрыть, что я теперь вижу, — обиженно сказала я.
— Мы все рады этому, Диная! Не думай о нас плохо. Просто обидно, что ты не поделилась с нами новостью сразу же, как только обнаружила, — сказал Неит, успокаивающим тоном.
— У нас будет праздник? — спросил Дикит, разряжая обстановку.
— Конечно будет! Это событие очень важно для нас всех, — ответил ему Латир, похлопав по спине.
— Диная, меня ты тоже видишь? — как-то взволнованно спросил Инзар. После того, как он признался в своих чувствах прошел примерно месяц. Тогда я попросила немного времени, чтобы подумать и все ещё не видела его. Он понимал, что это из-за того, что во мне не возникли ответные чувства, но не давил и ни на чем не настаивал, продолжая просто быть рядом. Это подкупало.
— Вижу, — сказала я и снова покраснела, посмотрев на него.
— Только потому что проклятие исчезло или… — не закончил он предложение и ждал ответа от меня.
— Я не знаю точно, — голос предательски дрогнул. Разве можно быть настолько ослепительно прекрасным? Это чересчур. После моего ответа он сник, отчего мне стало неловко.
— Но ты красив, — добавила тихо, выдавая своё смущение. Все мужья в этот момент понимающе переглянулись, но комментировать не стали.
— Папа Инзар, мама теперь видит, потому что всех вас любит. Я точно знаю, мне мир во сне подсказал, — вмешался Дикит, — Но она тебя стесняется.
— Почему стесняется? — не понял муж.
— Ну, ты для неё самый красивый, — выдал меня этот маленький… предатель. В этот момент лицо Инзара вытянулось в удивлении, а остальные мужчины нахмурились. Им не хотелось ни в чем уступать пятому мужу.
— Завтра же пойду в модный дом, — буркнул Неит.
— Вы неправильно поняли, — поспешила я успокоить их, — Вы все для меня красавцы. Просто я не ожидала, что Инзар вот такой, — сделала жест рукой, не найдя слов, чтобы описать свои впечатления.
— Да вроде обычный, — сейчас уже стеснялся сам Инзар. Клянусь, я заметила, как у него покраснели уши.
Мы не обсуждали с ним ситуацию с его нынешним отношением к многомужеству, стараясь не забегать настолько вперёд. А теперь мне стало интересно, как все будет, если я его приму как настоящего мужа, а не фиктивного? Он все также брезгует? Остальные мужья не позволят нам часто оставаться наедине.
— Диная, я понимаю твои сомнения. Но я уже успел настолько сдружиться с сосупругами, что действительно воспринимаю их своей семьёй. Если позволишь мне стать настоящим мужем, я никогда не попрекну тебя, как раньше. Я люблю тебя и это лучшее, что есть в моей жизни, — сказал он, словно прочитав мои мысли.
— Но ты же сам говорил, что это для тебя такое неприемлемо, — не стала при всех дублировать его слова про извращенцев, чтобы не возникло конфликта.
— А я передумал. Не могу без тебя, — уверенно ответил он.
— Мамочка, если ты его примешь, то папа Инзар перестанет по ночам стоять возле твоей комнаты и наконец-то выспится, — сказал малыш Дикит, защищая его. Откуда он вообще знает это? Малышам негоже говорить такие вещи. Что ещё ему известно?
— Обещаю, что дам папе Инзару выспаться, защитничек, — сказала я, еле скрыв вновь накатившее смущение.
— Я приду, — многообещающе сказал Инзар, вызывая табун мурашек и предвкушение.
— Ты на многое не рассчитывай, живот её видел? — немного ревниво сказал Крав.
— А мне много и не надо. Главное, чтобы любимая была рядом, — ответил Инзар.