Как любезно приветствует он этих простых людей. С каким уважением. Совершенно новое ощущение наполнило грудь Люсинды, теплое и радостное. Гордость?
— Замечательно. — Викарий потер руки. — Сейчас подъедут дамы Доусон, и комитет будет в сборе. Прошу, милорд, садитесь.
Люсинда не удивилась, когда лорд Уонстед сел на свободное место рядом с ней. А потом то и дело на нее поглядывал, видимо, моля о помощи.
— Мы только что разбирались, в каком состоянии находятся наши дела, — сказал викарий. — Миссис Педдл сообщила, что пивовар доставит бочки с пивом за два дня до праздника.
Миссис Педдл пожевала поджатыми губами и кивнула.
— Миссис Трип, каковы планы насчет выпечки? — спросил викарий.
— Ах, — ответила миссис Трип, — мой Уильям обещал десять мешков муки. А мистер Белл заказал, коринки и сахара столько, что хватит на десять дюжин экклских слоек и десяток пирогов. Экклские слойки идут по пенни за штуку. Пироги по два пенса. Он поделит доходы ровно пополам.
— Знаете, — сказал викарий, — это щедро. Этого хватит, чтобы починить крышу школы.
— Еще одна дырявая крыша? — спросил лорд Уонстед. Три деревенские леди воззрились на него, как на заговорившего оракула.
— О да, — сказала мисс Кротчет. — Занавески в помещении для молитвенных собраний совсем рваные. Лорд Уонстед… Другой лорд Уонстед, я говорю о вашем отце. — Мисс Кротчет густо покраснела и умолкла.
— Мисс Кротчет хочет сказать, — любезно вмешался викарий, — что ваш отец и последний священник церкви Святой Марии не ладили. Покойный граф отозвал свою поддержку в самый решительный момент, и поэтому церковь оказалась в более плохом положении, чем могло быбыть.
Лорд Уонстед нахмурился.
— Прискорбно это слышать.
Леди выжидающе смотрели на него, как будто полагали, что он предложит оплатить все из собственного кармана.
— Именно с этой целью мы устраиваем праздник, — сказала Люсинда.
Викарий кивнул.
— Могу ли я сказать, как высоко мы ценим ваше согласие, предоставить нам луг у ручья, лорд Уонстед?
Напряжение графа явно ослабло.
— Миссис Грэм напомнила мне, что мой дед много, лет назад устраивал такие праздники.
Все устремили взгляды на нее. Как любезно с его стороны отдать ей должное. Он ласково посмотрел на нее. Люсинда покраснела. Опять? После пережитого на пикнике, Люсинда не могла ответить ему таким же взглядом и вздернула подбородок. — Благодарю вас, милорд. Викарий посмотрел на нее с сияющей, поистине ангельской улыбкой.
— А как насчет детских игр, которые мы собираемся устроить, миссис Грэм?
— С этим все в порядке, викарий, — ответила Люсинда почти спокойно, несмотря на устремленный на нее испытующий взгляд лорда Уонстеда. — Хозяин карусели в Мейдстоне согласился мне помочь.
Женский смех донесся из беленого дома, крытого соломой. Две модно одетые леди вышли из французских дверей в сад. Миниатюрная мисс Доусон в муслиновом платье светло-желтого цвета прошла по лужайке в сопровождении матери, одетой в прогулочное платье в зелено-красную полоску.
Викарий снова вскочил на ноги и бросился приветствовать вновь прибывших.
— Миссис Доусон, мисс Доусон! — крикнул он. — Наконец-то.
Мисс Доусон ускорила шаг.
— Прошу прощения. Мы не опоздали?
Лорд Уонстед поднялся. Видимо, он не остался равнодушен к прелестной девушке. Об этом свидетельствовало выражение его лица.
— Мисс Доусон. Добро пожаловать.
Должно быть, именно из-за мисс Доусон он и пришел на это собрание. На душе у Люсинды стало тяжело. Ее замысел вытащить его из его раковины привел к желаемому результату. Люсинда испытала не то зависть, не то ревность. Это не похоже на нее. У нее нет оснований, завидовать какой бы то ни было молодой женщине. И уж тем более ревновать.
Мисс Доусон, блестя глазами, кокетливо улыбнулась ему.
— Вот уж не ожидала встретить вас здесь, Уонстед. Пыхтя и отдуваясь, подошла миссис Доусон. В одной руке она держала зонтик, другой опиралась на локоть преподобного.
— Добрый день, миссис Доусон. — Лорд поклонился ей.
— Уонстед, — сказала миссис Доусон и, прищурившись, посмотрела сначала на Люсинду, потом на него, — вам не нравится общество?
Люсинда бросила на нее сердитый взгляд. Как только Уонстед почувствует, что его присутствие нежелательно, тотчас же вернется в свое логово.
— Мама! — воскликнула мисс Доусон, смеясь. Боль в груди Люсинды стала еще сильнее, а ведь ответная улыбка Уонстеда, изгиб его губ и морщинки у глаз должны были бы ее обрадовать. — Как можно быть такой себялюбивой?
Постлтуэй перевел взгляд с лорда Уонстеда на мисс Доусон.
— Пожалуй, мы можем заняться делом. Прошу вас, леди, садитесь.
Появилась экономка викария с чайным подносом и поставила его на маленький плетеный столик.
— Миссис Доусон, надеюсь, вы окажете нам честь и разольете чай? — сказал викарий, когда экономка ушла.
— Разумеется.
Пока миссис Доусон наливала чай, викарий рассказывал прибывшим леди о том, что сделано.
— В дополнение к детским играм, как сообщила мне миссис Педдл, некоторые мужчины наверняка захотят помериться силой. Поэтому нам понадобятся призы.
— И смазанная жиром свинья, — вставила мисс Трип. Миссис Педдл помахала натруженным пальцем.
