– Не гневайся, господин. Я тебе все расскажу. Я не виновата.
– Говори!
– Господин! Победоносец смиловался надо мной. Давным-давно, еще в тот день, когда он отсюда к морю пошел.
Я хотела ему послужить, да ему во мне нужды не было. Пришла на Теплые Пруды и вдруг слышу – сюда охрану отправляют машину стеречь. Я и попросилась, мол, возьмите с собой, я вам еду варить буду, одежку залатаю в случае чего. Думала, хоть так, а пригожусь Победоносцу-то.
– Ты дело говори! Где стража?
– Ушла, господин. Сначала их тут два десятка было, но место больно скучное, одни монахи терпели. А стражники – парни молодые, им невтерпеж, домой охота. Сговаривались, кто вдвоем, кто втроем, мы, мол, мигом обернемся, а вы пока постерегите без нас. Да так никто и не вернулся. Под конец осталась я да двое младшеньких. Им тож надоело. Ушли нынче в полдень. Мне наказали: стереги, мол, бабка. Вот я и стерегу.
– Восхитительно, а? – рассмеялся Матарет. – Почтенная дама – единственный воин на страже священной машины!
Рода ахнул:
– Это же низость! Это преступное неисполнение возложенных обязанностей!
– А ты-то чего кипятишься? – вполголоса спросил Матарет, с нескрываемым изумлением глядя на Роду. – Ведь разгильдяйство охраны нам только на руку!
– А могло быть наоборот! – огрызнулся Премудрый. – Ты подумай! Любой мог явиться сюда до нас и привести машину в полную негодность!
– Я не дала бы! – крикнула Неэм и оскалила зубы, как зверь, готовая впиться в горло любому, кто позарится на собственность Победоносца. – Я не дала бы, господа, хоть я и одна осталась! Скажите Победоносцу, который вас послал, тут все в точности, как было.
Рода хотел было что-то сказать, но Матарет дернул его за руку, приказывая молчать.
– Обязательно скажем, – обратился он к женщине. – Затем и присланы, чтобы осмотреть машину и доложить Победоносцу, все ли в порядке.
– В самолучшем! – горделиво и радостно воскликнула Неэм. – Вы только гляньте! Стражники ушли, а я-то нет! Я ее ветошечкой протираю. Сверкает, что золото!..
– Победоносец приказал кое-что снять и отнести к нему, – вставил Рода.
Неэм подозрительно взглянула на него:
– Снять и отнести, говорите?
– Нет-нет, это только на случай, если что-то не в порядке, – торопливо вмешался Матарет, оттащил Роду в сторонку, чтобы Неэм не слышала, и пробормотал с упреком:
– Зачем бабку пугаешь? Она же грудью встанет…
Рода презрительно дернул головой:
– Прикажу связать, и все!
– Нужды нет.
– Так-то оно так, а вдруг это предательская хитрость, засада? И потом охрана может вернуться в любую минуту. Может, она где-то рядом.
– Вот именно. Поэтому давай-ка побыстрее займемся делом.
С этими словами Матарет окинул взглядом горы. Их вершины светились на северной стороне, солнце близилось к точке соединения с Землей.
– Глянь! На той стороне как раз день.
– Ну и что?
– Ничего. Спешить надо.
– Разумеется, – сказал Рода. – Но ведь она будет путаться под ногами, если не связать.
Матарет схватил его за руку:
– Да погоди ты! Сперва давай осмотрим машину. И снаружи и внутри. Ты же говорил, Победоносец объяснил тебе, как она устроена.
– Да.
– Так пошли.
Он направился к машине. Вокруг нее уже стояли девять их сотоварищей, в немом восторге любуясь невиданным сооружением. Над ними высился огромный стальной цилиндр, глубоко вонзившийся в почву, из цилиндра торчала конусообразная верхушка снаряда, оттуда свисала веревочная лестница.
– Не иначе как он спускался по ней, – указал на лестницу Рода.
– Он спускался, а мы поднимемся, – ответил Матарет.
У него нервно вздрагивали губы, глаза странно поблескивали. С поспешной жадностью ухватился он за веревку. Казалось, впервые в жизни не может совладать с желанием, его было не узнать.
Но Рода Премудрый не обратил на это никакого внимания. Подозвав учеников, он в который раз уже взялся объяснять им, что Земля необитаема, и, тыча пальцем в машину, втолковывал, насколько нелепо предположение, что этакая железная махина способна долететь до Земли, вне всякого сомнения, весьма отдаленной от Луны. Наконец, Матарет не выдержал:
– Ты что, дожидаешься, покуда вернется какой-нибудь охранник?
Рода взглянул на машину.
– Не знаю, как приступиться, – шепотом сказал он.
– Увидим. Прежде всего – осмотр.
С этими словами Матарет поставил ногу на лестницу. Но истлевшая от сырости веревка расползлась у него в руках, прежде чем он успел опереться ногой как следует. Стали думать, из чего соорудить лестницу. Под рукой ничего подходящего не было, но тут кто-то обратил внимание на развалюху, в которой ютилась Неэм. Решили разобрать кровлю и стены, подпертые кривыми жердями, и построить из них леса, по которым и добраться до верхушки снаряда, где находился входной люк.
Женщина подняла крик, но никто не обратил на это внимания. Сильные, молодые руки в один миг растерзали убогое строение. Колья воткнули в почву и стали наращивать, из-за отсутствия веревок пустив в дело собственную одежду. Рода сложа руки стоял в сторонке и подавал советы.
