Сначала он хотел нанять воспитательницу в Московском Казачьем Круге, но потом подумал, и обратился за советом к князю Голицыну, который просто указал на госпиталь где проходили лечение женщины-военнослужащие из егерских частей, войсковой разведки, и прочих интересных, но довольно травмоопасных мест.
Многие из них, после тяжёлых ранений списывались из действующих частей на кабинетную работу, а кое-кто и совсем выходил в отставку, получив от государства солидную пенсию.
Российская империя, Москва, Центральный госпиталь Военной Колллегии.
Там в госпитале, Николай и нашёл двух сестёр которые получив во время афганских событий тяжёлые ранения, так и не смогли восстановиться для продолжения службы, и притулились на время к госпиталю, чтобы не быть совсем уволенным в отставку. Сёстры Басаргины были сиротами и им просто некуда было ехать кроме казармы.
Главврач только показал их, курящих в конце коридора, но разговаривать отказался, сразу развернувшись и оставив Николая одного.
– Сударыни, добрый день. – Николай, подойдя поклонился. – Беспокою вас по одному вопросу который имеет для меня очень важное значение. Но поскольку разговор здесь, считаю неуместным, приглашаю вас отобедать.
Высокого широкоплечего мужчину в штатском костюме и роскошном пальто на бобровом меху, Лиза и Вера заметили сразу как тот появился с главным врачом. Главврач давно и безуспешно добивавшийся близости от девиц, был взбешён очередным отказом в грубой форме, и даже не стал их знакомить. Тем не менее красавчик сам подошёл ближе.
Проехаться в ресторан, отчего бы и нет? – Лиза качнула головой показывая, что ей всё равно, а Вера коснулась пальцем кончика носа, что означало умеренный интерес к мужской особи.
Автомобиль у красавчика оказался что надо. Неизвестной девушкам марки, но огромный, удобный, и что куда важнее, быстроходный. Домчав до известного на всю Москву оружейного магазина, они поднялись на верхний этаж, и расположились за столиком который видимо был заказан заранее. И тут красавчик приятно удивил, предложив дамам сделать заказ и не стесняться в выборе, сам предложив уху из амурского осетра, что стоила по ста пятидесяти рублей за порцию, и паровые котлеты из финской оленины что продавались ещё дороже.
С видом завсегдатаев ресторана, девушки до этого сидевшие только в заведениях при домах офицеров, сделали такой заказ словно хотели наестся на три дня вперёд, но Николай лишь подтвердил кивком заказ официанту, продолжил с дамами светский разговор ни о чём. А дамы, одетые в парадные егерские мундиры, весело переговаривались шутя и перебрасываясь остротами, звенели вполне нешуточными орденами Владимира третьей степени с мечами, и Георгия четвёртой и третьей степени. Да и капитанские погоны егерского корпуса тоже кое-что значили. Например, что носитель таковых мог водить в разведку или рейд офицерскую группу или командовать ротой. По возрасту обе были чуть старше Николая, двадцать восемь лет, белокурые, высокие, с лицами скандинавского типа, и похожие словно два яичка в кладке. Только у Лизы был едва заметный шрам на левой стороне лица, от виска к щеке, а у Веры плохо сросшаяся бровь, имела белый промежуток.
– Скажите, а есть у вас мечта? – Спросил Николай, когда девушки уже чуть осовели от еды. – Ну что бы вы сделали если бы появилась такая возможность? Отправились в кругосветное путешествие? Или купили бы землю в Сибири, и построили уединённое имение?
– А вы, Николай Александрович, никак купить нас хотите? – Вера удивлённо приподняла брови.
– Ну что вы, Вера Константиновна. – Николай усмехнулся. – Это было бы слишком просто. Да и глупо. Если бы мне нужны были наемники, обратился бы в Московский Казачий Круг, да нанял там хоть десять, хоть двадцать головорезов. Да хоть сто и это было бы дешевле. Но мне, нужны соратники. Если хотите друзья. Ну, я же вижу, есть у вас что-то…
Николай внимательно посмотрел на сестер, и Вера решилась.
– А выкупить из долговой каторги человека можете?
– Фамилия, имя, сумма долга, где отбывает. – Коротко ответил Николай.
– Басаргин Алексей Константинович, отбывает под Красноярском в трудовом посёлке девяносто пять тридцать. Сумма долга, – тут голос её упал. – Двести шестьдесят тысяч.
– Брат?
– Да. – Вера кивнула.
– А что так много? Какая-то махинация?
– Было больше полмиллиона. Это его партнёр по товариществу подставил. Брат всё продал до исподнего, но сумел заплатить только половину. Ну и мы собрали пятьдесят пять тысяч.
Николай дал знак официанту, и попросил его принести телефонный аппарат.
Такой аппарат на длинном шнуре, был далеко не во всех ресторанах, но у Николая в Засидке, была даже телефонная кабинка для желавших приватности.
– Алло, контора господина Ульянова? Князь Белоусов. Жду. – Николай сделал успокаивающий жест девушкам. – Добрый день Владимир Ильич. – Знакомый чуть картавый говорок ответил, что он тоже очень рад слышать князя Белоусова.
