Может из-за того, что удар пришёлся слегка вскользь, а может в силу повышенной крепости черепа, или молодости его обладателя, очнулся Николай довольно быстро. Его даже не связав куда-то тащили, и усадив на стул, начали было связывать, когда он открыл глаза и увидев прямо перед собой лицо заросшее окладистой бородой и усами, коротко пробил лбом в переносицу, и вытянув руку из ещё не затянутой верёвочной петли, ухватил пальцами твёрдыми словно стальные клещи, кадык второго, и подтянул к себе.
– Хозяин где? Не пытайся говорить, глазами покажи. – Николай отследил куда смотрел мужик, и увидел небольшую дверь, ведущую из кабинета где они находились. – Молодец. – Николай улыбнулся и словно щелчком соединил пальцы прямо сквозь ещё живую плоть, раздробив кадык.
Голова болела нещадно, а коснувшись пальцами места, в которое пришёлся удар, Белоусов обнаружил огромную шишку, и почувствовал под пальцами кровь.
Лежащий на полу мужчина с раздавленным в мясо горлом быстро-быстро сучил ногами словно организм пытался убежать из этого негостеприимного места, но Николай строго погрозил ему пальцем. «– Не балуй» и бандит затих.
Дверь в соседнее помещение отворилась с лёгким скрипом, и Николай увидел там пару кресел и стоявший между ними столик.
– Заходите, князь. – Борис Каменка, сделал приглашающий жест. – Вам всё равно не выбраться из этого дома живым, так хоть проведите это время с пользой.
– Польза это беседа с вами? – Николай осторожно вошёл готовый в любую секунду к действию.
– А почему бы и нет? – Обладатель одного из крупнейших состояний в России, лукаво улыбнулся и развёл руками.
– Признаюсь, когда взяли Пономаря, и архив что собирал Азеф, я даже не шевельнулся. Ну уж очень далеки мои пути и пути столь прожженных уголовников. Когда рухнула сеть отмыва денег в Волжско-Камском банке, обеспокоился, но не так чтобы очень. Хотя именно в это время, уже нужно было уносить ноги. А после причинилась совсем уже некрасивая история с Матушкой. Княгиня Звенигородская была бабой лихой, но неосторожной, за что и поплатилась. И вот тогда бы ей свернуть вам голову, но нет. Решила сделать всё по-своему. – Борис Абрамович помолчал. – Не посчитала вас опасным противником. Да и я признаться тоже всё искал кто за вами стоит. А нужно было вас сразу застрелить.
– Это не так просто сделать. – Николай покачал головой.
– Ах, оставьте. – Борис Каменка, махнул рукой. – Ну не десятый так двадцатый, не двадцатый так тридцатый вас всё одно достал бы. Бессмертных нет.
– Бессмертных нет, это правда. – Николай рассмеялся. – Но вот трудноубиваемые есть. И кстати, я не самый яркий представитель. Кстати, а почему это я не выйду отсюда живым?
– Дом набит взрывчаткой, порохом и керосином. – Купец вздохнул. – В каждом углу бочки и ящики. А взрыватель, вот тут. – Борис Каменка показал на большую кнопку, от которой шли провода. – Так что побеседуем мы с вами, пока мне будет сие интересно, а после, пух! – Он руками изобразил нечто вроде облака. – Но я всё же не оставляю надежду договориться.
– Что сделать? – Николай, думая, что ослышался придвинулся чуть ближе. – Договориться? Это каким же образом милостивый государь? Вы повинны в таком количестве преступлений первой степени, что каторга в Якутске, уже можно сказать объявлена вердиктом присяжных. Я даже не представляю, что должно произойти, для вашего, нет не спасения, а просто перемены места каторги с подземной тюрьмы на каторгу обыкновенную.
– Да всё то же, голубчик. – Борис Абрамович меленько рассмеялся, и потёр округлое брюшко ладонью. – Вы договоритесь с прокурором, прокурор потребует каторги, но в связи с болезненным состоянием её мне заменят на ссылку. А там уж я разберусь. И в результате, я на воле, а вы, и пока ещё мне неизвестный прокурорский работник богаче на полсотни миллионов рубликов. Верно же, что это хорошая сумма. Ну, соглашайтесь князь. Не каждый день бывают такие предложения. А чтобы у вас не возникло пустого желания обмануть старого человека, вы подпишете мне одну бумагу, и мой слуга унесёт её прочь. И мы сразу приступим к тому, как сделать вас действительно богатым человеком.
– Интересный план. – Николай встал и начал прохаживаться вдоль окон, за которыми был виден ночной парк. – Но всё же не до конца проработан. А что если я сделаю всё что нужно, а прокуроры всё равно засадят вас на каторгу? Вытащить оттуда человека очень сложно.
– Сложно, но не невозможно. – Борис Абрамович положил кнопку на колени, и левой рукой чуть ослабил галстук. – Кроме того, вы забываете, что я могу быть крайне полезен именно на воле. Огромные торговые связи, глубокое понимание как работает рынок, и многое другое. Второвы конечно превосходят меня по объёму капитала, но они уже третье поколение, а я начал сам и с пустого места.
– Но вы, Борис Абрамович не учли некоторых вещей. – Николай продолжая говорить, повернулся к хозяину и почти без замаха пробил в челюсть от чего почтенный купец сразу же потерял нить беседы, переместившись в нирвану.
