– В общем, наше главное предложение – отражать вспомогательные удары Тройственного союза только флотскими соединениями, имеющимися в секторах, где начинаются боевые контакты. А от столичного мира силы ни в коем случае не отвлекать! У нас слишком мало кораблей с повышенной степенью защиты. Будь их побольше, некоторые можно было бы посылать на подмогу, пользуясь их полным техническим превосходством над фрагербритцами и новобагдадцами. Но, повторяю, их слишком мало. Все дырки не заткнешь!
– А если на вспомогательных направлениях флот не выдержит? – Вершитель нахмурился. – Что тогда? Отдавать противнику наши миры? – Бедросо побагровел. – Так и будут отхватывать кусок за куском, пока мы не окажемся блокированными на столичной планете… Нет уж, господа адмиралы, так вести войну я вам не позволю! Думайте дальше! И докладывайте о том, что придумаете!
Совещание закончилось.
Члены СиОрг встали и гуськом потянулись к выходу. Обычных оживленных разговоров слышно не было.
– Капитан, задержитесь, пожалуйста, – сказал Вершитель в спину Милтону.
Глава Офиса Добрых Дел вернулся и снова угнездился за столом.
Когда все остальные освободили кабинет, Вершитель потер рукой лоб.
Похоже, ему было сейчас очень нелегко.
– Вот что, Кен. Графиня Елена Шувалова содержится у нас в Гуронвильской тюрьме. Полагаю, самое время скрытно перевезти ее в другое место, но так, чтобы об этом никто не догадался. И чтобы никто, кроме нас двоих, не знал, где именно она будет находиться впредь.
Милтон с трудом сдержал родившуюся в душе радость – ему давалось поручение, говорящее об особом доверии со стороны дядюшки Тима.
А стало быть, в случае чего, крайним его не назначат. Если же вдруг и попытаются назначить, у него будут на руках кое-какие козыри…
Он спрятал под крышку стола вспотевшие ладони и вытер их о брюки.
Для человека, еще полчаса назад ожидавшего административной расправы, такое задание – не самое худшее развитие событий…
– Будет исполнено, Вершитель. Мы организуем переезд графини таким образом, что никто, кроме вас и меня, и знать не будет, что это вообще Елена Шувалова. Но мне потребуется разрешение на вывоз ее из тюрьмы и из Сайнт-Рон-Сити. Вами лично завизированное.
– Вы получите такое разрешение, как только оно потребуется. – Бедросо снова потер лоб. – Я очень надеюсь на вас, Кен!
– Я оправдаю ваши надежды, Тим!
В принципе, Вершитель должен был отреагировать на такое панибратство. Но не отреагировал.
По дороге из дворца Милтон включил автопилот и задумался.
И когда кортеж опустился на плоскую крышу Офиса Добрых Дел, Капитан уже знал, что ему необходимо предпринять. Оставалось довести до конца задуманное.
Утром Милтон в компании охранников снова отправился во дворец к Вершителю.
Тот, предупрежденный о визите еще накануне вечером, ждал его. Только сообщил, что в полдень должен оказаться в церкви Святого Рона, на праздничном богослужении, а потому времени у него будет немного.
Потому Капитан и летел к нему так рано.
В средства массовой информации об угрозе скорой войны сообщать не стали – незачем портить людям праздник.
Над городом летало множество глайдеров – люди рано потянулись к церкви, чтобы занять местечко. В десять доступ на церковную площадь закроют.
До машин Милтона и его охраны никому не было дела.
Впрочем, кавалькада специально сделала крюк к западу, чтобы избежать глайдерной суеты возле церковной площади.
Джастина Грина в этот ранний час еще не было, и Милтона встретил в приемной сам Бедросо.
Поприветствовали друг друга, перебрались в кабинет.
– Как дела, Кен?
– Я готов, Вершитель, уже сегодня выполнить ваше поручение. Мне нужно разрешение.
Бедросо сел за стол, включил комп.
Через полминуты разрешение на вывоз Елены Шуваловой было подготовлено и завизировано.
– Вы ведь понимаете, Кен, что в случае… э-э… ухудшения ситуации ублюдок непременно станет искать ее, – сказал Вершитель, передавая карту главе Офиса Добрых Дел.
Он не захотел открыто произнести слова «военное поражение» и заменил их эвфемизмом.
Милтон кивнул:
– Конечно, станет, Вершитель. Но я позаботился о максимальном усложнении его задачи. Вчера был срочно изготовлен симулякр глубокой маскировки, в который заложены данные некоей проститутки из городка Олбани. Это на Южном континенте, население около ста тысяч человек, на планете полным-полно таких городков. Сама проститутка ликвидирована, не осталось никаких следов. Сутенер ее – агент местного управления Офиса Добрых Дел, но его на всякий случай тоже загасили. Графиня Шувалова будет жить в Олбани на специально арендованной конспиративной квартире под постоянной охраной моих людей. И Остромиру потребуется не один год, чтобы отыскать ее. Замучается он, Ксену его побери!
Бедросо потер лоб и по-стариковски пожевал губами.
Похоже, ему было сегодня не до праздника, но против церемониальных обязанностей не попрешь. Нарушение традиций скажет людям много больше, чем любые средства массовой информации.
