— Пока еще не нашли, — ответил оперативник, — но не исключаем такой возможности.
— В таком случае я тоже хотел бы посмотреть ваши документы, — сказал я.
— Наши документы? — удивился оперативник.
— Я же не знаю, с кем имею дело!
— Что ж, это можно. — Оперативник достал из кармана удостоверение, на обложке которого я увидел надпись «Московский уголовный розыск». Раскрыв удостоверение, я сразу посмотрел на срок действия. Я знал, что срок действия ментовского удостоверения всегда ограничен определенным годом и постоянно продлевается. Чутье не обмануло. Удостоверение оперативника было просрочено — датировано прошлым годом. Я решил сыграть на этом.
— Извините, — сказал я, — но ваше удостоверение недействительно. Оно просрочено.
Оперативник занервничал:
— Понимаете… Вы же знаете нашу систему… У нас корочек не хватает, проблемы с бланками… У меня есть вкладыш, — засуетился он и стал доставать из бокового кармана вкладыш. Там было написано, что срок действия настоящего удостоверения кончился и оно подлежит продлению.
— Да, но на этом вкладыше нет фотографии! — вновь начал придираться я.
— Знаете что, — сказал второй оперативник, который назвался Александром, — давайте закончим эту канитель! В конце концов, ваше присутствие здесь необязательно и никак не регламентируется Уголовно-процессуальным кодексом. И вы это прекрасно знаете! Мы и так пошли вам навстречу, в порядке вежливости! Но наше настроение может измениться, если вы будете препятствовать нашей работе.
Я не стал пререкаться.
— Хорошо, — сказал я — Вы можете приступать к своим делам. Но прежде я хотел бы узнать, что вы собираетесь искать у моего клиента.
— Как что? Стандартный набор, — сказал оперативник. — Оружие, наркотики и иные предметы, добытые преступным путем.
— А что вы имеете в виду под иными предметами?
— Ваш клиент это прекрасно знает.
— То есть вы уверены, что вы найдете то, что ищете?
— Конечно! — сказал оперативник. — А для чего же мы сюда пришли! — Он обратился к понятым: — Сейчас мы начинаем следственные действия — обыск у гражданина Алексея Михайлова.
— Одну минуточку, — сказал я и отозвал Алексея в сторону.
— Алексей, послушай, я уверен, практически на сто процентов, что они пришли заряженные.
— В каком смысле? — спросил Алексей.
— В том, что они сейчас могут тебе что-нибудь подложить. Поэтому скажи, у тебя нормальные соседи?
— Нормальные.
— Тогда подойди к понятым и попроси их, чтобы они внимательно смотрели за руками оперативников. И ты внимательно смотри — ни в коей мере не упускай ничего из виду! Если он осматривает шкаф — не давай ему залезать в этот шкаф, пусть все выдвигает оттуда.
Таким образом, я и Алексей распределили между собой «фронт работы» — за одним оперативником смотрел Алексей, другого контролировал я. Понятые же смотрели за третьим милиционером, участковым районного отделения милиции. Но он спокойно сидел на кухне и не обращал никакого внимания на обыск.
Обыск проходил вяло. Когда один из оперативников нашел пистолет «макаров», он моментально схватился за подмышку.
— Спокойно, — остановил его я. — Мой клиент имеет разрешение на оружие.
— Пусть предъявит!
Алексей достал разрешение. Оперативник стал внимательно изучать его.
— Так… Дата выдачи… Срок действия… Все в порядке. — И, обратившись к напарнику, сказал: — Саша, давай протокол! Занеси туда, что найдено огнестрельное оружие.
Я добавил:
— Уточните, что данное оружие с разрешением, которое предъявлено.
— Мы это уточним. Значит, так. Оружие мы изымаем для проведения экспертизы.
— Какой экспертизы?
— Баллистической. Может быть, из него ваш клиент грохнул кого!
— Хорошо, — сказал я. — Давайте тогда подробно опишем это оружие — с номерами и так далее.
Второй оперативник стал подробно описывать пистолет Алексея.
— Для чего это? — спросил Алексей у меня.
— А чтобы тебе пушку не подменили!
После подробного описания оперативники продолжили обыск. Большое внимание они уделили записной книжке Алексея.
— Записные книжки изымаются! — сказал один из оперативников.
— На каком основании? — спросил я.
— На основании того, что ваш клиент проходит по одной оперативной разработке в связи с уголовным делом.
— Каким? — поинтересовался я.
— По убийству одного коммерсанта.
— И вы можете его назвать?
— Конечно. — Оперативник назвал фамилию Чижова. Я тут же записал ее в свой блокнот, при этом я старательно скрыл, что эта фамилия мне хорошо знакома.
— А что вы собираетесь делать? — спросил оперативник.
— Я буду проверять, насколько ваша информация соответствует процессуальным документам, оформленным по этому делу.
Обыск проходил уже минут сорок. Оперативники стали нервничать. У Александра даже затряслись руки. Я сразу понял, что именно Саша должен был подбросить какой-то запрещенный предмет. Но благодаря тому, что все было распределено между понятыми, Алексеем и мною, такой возможности у него не было.
Оперативники ушли несолоно хлебавши. На прощание один из них сказал Михайлову:
— Мы уверены, что в ближайшее время опять встретимся, но при других обстоятельствах.
— А на что вы намекаете? — спросил их я.
