– Удобрения! Вон их сколько. – Глаша указала на лежащую в стороне от дороги коровью лепешку.
– Смеешься? – догадался маркиз.
– А чем эти удобрения нехороши? Или дриады предпочитают только куриный помет? – невинно заметила Гликерия.
– Да от таких удобрений они мигом все вымрут! – фыркнул Оливье.
– Да? – с интересом спросила Глаша.
– Сад дриад – волшебный, и деревья в нем – непростые, – растолковал неразумной девице простые истины маркиз. – Поэтому на удобрения для них годятся только специальные зелья и отвары.
– Что ж мы ничего с собой не захватили? – сокрушенно покачала головой Глаша.
– А ты умеешь их готовить? – иронически осведомился ее спутник. – К тому же сомневаюсь, что верховная дриада готова расстаться с амулетом ради того, чтобы яблони в ее саду расцвели алыми или сиреневыми цветами, комары превратились в бабочек, а жуки-древоеды – в пчел.
– Интересные у вас удобрения, – оценила Глаша. – И что, дриады все из себя добрые, милые и безобидные?
– Но только с теми, кто с уважением относится к их саду и не причиняет ему вреда, – серьезно заметил маркиз.
– В этом случае они превращаются в мстительных фурий? – заинтригованно спросила Гликерия.
– Они всего лишь защитницы леса и своих растений, – уклончиво ответил Оливье.
– Ну они могут растерзать человека, покусившегося на их травки, на тысячи мелких кусочков?
– Магия дриад – созидательная. Максимум, на что они способны, – так это внушить нарушителю спокойствия такой ужас, чтобы он тотчас же бежал прочь, пока еще бед не натворил.
– Неплохо, – одобрила Глаша. – Вот бы мне узнать их секрет, а то в моем мире, знаешь ли, гулять одной вечерами опасно. А так – все бандиты и хулиганы будут разбегаться в ужасе, позабыв о своих подлых намерениях… Да и тут бы пригодилось – разбойников отгонять!
– Так они тебе и сказали, – ухмыльнулась томившаяся в сумке жека. А Оливье благоразумно промолчал.
За разговором часть дороги осталась позади, и путники свернули в сторону, на узкую тропу, ведущую к лесу.
– Уже подъезжаем? – завертелась от нетерпения Гликерия. – А говорил, что прибудем только к закату завтрашнего дня. – Она прищурилась, глядя на жаркое полуденное солнце.
– Я от своих слов и не отказываюсь, – с достоинством произнес маркиз. – Просто теперь наша дорога будет лежать через лес.
– А там не опасно? – Глаша покосилась на стволы деревьев, которые стояли так часто, что не пропускали солнечный свет.
– Не могу ничего обещать. Надень плащ, – коротко велел Оливье.
– Чтобы разбойники не польстились на мою красоту? – приосанившись, уточнила Глаша.
– Чтобы тебя не сожрали комары, – насмешливо заметил маркиз, накидывая на плечи куртку.
– А плащ что, заговорен от комаров? – с уважением спросила Гликерия, безропотно заворачиваясь в безразмерный кусок плотной ткани, тем более что первый кровосос уже совершил покушение на ее шею.
– С утра не был. Если только ты не заговорила, – лукаво прищурился Оливье, и путники въехали в темный коридор леса.
– Кто утверждал, что бабуля в деревне? – процедила сквозь зубы Лариса, едва не врезавшись в спину Насти и стремительно соображая, как теперь выпутываться. Подумать только, все это время они шарились в комнате Арины, будучи уверены в том, что в квартире больше никого нет!
– Как, вы меня знаете? – удивленно моргнула старушка, подслеповато прищурившись и шаря рукой по стене в поисках выключателя.
Лара с трудом поборола в себе желание обернуться Нарышкиной, на минутку заскочившей домой в рабочее время, и представить Настю своей подругой, но потом ее взгляд упал на пакет, стоящий на трельяже…
– Конечно, знаем! – громко воскликнула она. – Мы выбрали вас из сотни претендентов, ваша кандидатура идеально подходит для нашего проекта, ваше лицо узнают миллионы телезрителей…
– Лар, ты чего несешь? – тихонько поинтересовалась близкая к обмороку Настасья. Еще бы, мало того что она, такая правильная и законопослушная, проникла в чужую квартиру, так ее еще и застали на месте преступления!
– Акция «Тайд или кипячение» приветствует вас! – продолжила Лариса неожиданно низким голосом. – Именно вы станете новым лицом нашего рекламного ролика и получите годовой запас порошка и гонорар за съемки в размере двухсот долларов в придачу.
Старушка тем временем наконец-то нащупала клавишу выключателя, и в коридоре зажегся свет.
– Лара! – сдавленно пискнула Настя, обернулась к подруге и обнаружила вместо нее широко улыбающегося телевизионного ведущего, засветившегося в рекламе отбеливающего порошка.
– Ну что стоишь как неживая? – процедил он, по-прежнему растягивая губы в улыбке. – Подыграй мне!
– Совсем слепая стала! – подходя поближе, всплеснула руками Степанида Ильинична. – А я вас сперва за девушку приняла!
– Бывает, – широко улыбнулся ведущий. – А это ассистентка моя, Ася, знакомьтесь! Она вот вам сейчас вручит пробную упаковку порошка, которую мы с собой захватили.
Ведущий толкнул девушку в бейсболке и спортивном костюме, и та послушно засеменила к трельяжу и выудила из пакета порошок.
– Да как же вы вошли-то? – недоверчиво прищурилась бабулька.
